– Вот мы и остались наедине, – присев напротив, я начал разговор.

– Даже удивительно. Слышала, тебя всегда и везде сопровождают бьёргусы.

– Так было раньше, – улыбнулся я, отметив степень информативности бывшего дваргского личного гвардейца. – Сейчас немного иначе. Правда, если что, в пятнадцати метрах по коридору скучает один медведь. Совсем они от меня не отстанут. Но это всем на руку.

– Согласна, – кивнула валькирия. – Всем, кроме врагов.

Повернув голову, она утомленно посмотрела на закрытую дверь. Тихо вздохнула. В этот миг сильнейшая из землян походила на уставшую от жизни, замученную женщину. Однако тут же она подтянула спину, поправила прядь волос и внимательно воззрилась на меня.

– Тебе не стоит держать марку наедине со мной.

– А? – девушка изумленно распахнула глаза. – О чем ты?

– Будь собой, можешь расслабиться, – улыбнулся я.

Скривившись, Анна покачала головой:

– Будь собой… Слишком большая роскошь, на которую у меня нет права.

– Отчего же? – сидя на пахнущей знакомыми духами кровати, я откинулся назад, привалившись спиной к стене. Надеюсь, Леся не шибко обидится на такое бескультурье.

– Статус, – все так же держа осанку, произнесла валькирия.

– Статус? – в первую секунду я удивился – чипированные не знают о Статусе. Но почти сразу вспомнил, что Анна могла много нахвататься от той же Принцессы.

– Да, – кивнула девушка. – Статус сильнейшего бойца, опоры, поддержки.

Ах, вот ты о каком статусе. Хех. Не Статус это, а мелкий ярлык.

– Понимаю, – кивнул я. – Тяжело, поди, было?

– Не важно, – вспомнила свое любимое слово валькирия.

Да уж, что же за жизнь у тебя, милашка? Сложно представить, через что ты прошла. Даже до вторжения. Во-первых, далеко не каждый подходил для установки чипа, во-вторых, суровая жизнь Защитника, в-третьих… Она – сильнейшая! Если «не каждый» – это уже редкий человек, то «сильнейший» – это редчайший. Если не уникальный… Трудности закаляют таких. Конечно же, она не будет жаловаться и со слезами на глазах вспоминать тяжелую долю.

– Аня, – неожиданно резко произнес я. – В тебе еще не угасла воля к победе? Готова ли ты вновь сражаться за людей и отстаивать, хм… так уж и быть, «статус» сильнейшей из землян?

Хмыкнув, валькирия покачала головой и снисходительно улыбнулась, будто несмышленому ребенку.

– Сражаться за людей я не готова, – равнодушно произнесла она. Я даже успел как следует охр… опешить, но девушка решительно продолжила: – Я готова побеждать за нашу расу. Что же касается звания «сильнейшей», мне оно даром не нать. Я не хочу замирать в развитии. Я буду становиться сильнее. Но если вдруг надо мной возвысятся другие люди, я только порадуюсь. Ведь это будет значить, что у нашей планеты прибавилось прекрасных бойцов и защитников, – произнесла она, с вызовом уставившись на меня.

Я задумчиво почесал затылок. Как-то уж слишком пафосно у нее вышло. Хоть и фальши в словах валькирии я не услышал. Возможно, легкое преуменьшение. Сдается мне, действительно порадуется, если условный Мейсон вкачается и станет круче нее. Но! Будет тренироваться гораздо больше обычного, чтобы сократить расстояние и вернуться на Олимп. Ну не может у Сильнейшей напрочь отсутствовать дух соперничества и желание быть лучше других.

Скрестив на груди руки, девушка продолжала раздирать меня тяжелым взглядом.