Джейла наклонила голову:

— В этом ты права.

— Я ценю, что ты так за меня переживаешь, но, по правде говоря… Я более унижена, чем убита горем. Он в прошлом.

В обозримом будущем больше никаких сердечных переживаний. Ничего, кроме развлечений. Если она будет придерживаться отношений на одну ночь – или выходные, – то не допустит больше такой ошибки.

Бристоль надеялась, что ей не придется видеть Хейдена и Пресли всю чертову жизнь. Но в городе с населением в двенадцать сотен человек избегать их будет довольно сложно. Даже если она уедет, ей придется приезжать домой и, так или иначе, встречаться с ними.

— У меня есть тост, — сказал Кори, один из футбольных друзей Хейдена из старшей школы, встав напротив остальных собравшихся, — поднимите бокалы. За Пресли, самую красивую девушку округа Лафайетт. Всегда следуй зову сердца и будь счастлива. За Хейдена… За тебя, чувак. Ты везучий подонок.

Наблюдая за тем, как компания засмеялась, Бристоль вздохнула… А потом увидела, что к ней направляется ее мама, костюм женщины – цвета розового сиропа – больше подходил для воскресной службы, чем на вечеринку по случаю помолвки.

— Ты грубо себя ведешь, — сделала укор мать. — Это вечеринка Пресли, а ты сидишь у бара, надутая. Пойди и вырази ей свою любовь и поддержку. В конце концов, она твоя сестра.

Бристоль сжала кружку:

— Я закрыла свой ресторан пораньше и ехала сорок пять минут, чтобы отпраздновать ее предстоящую свадьбу с человеком, который бросил меня ради Пресли. Я думаю самого факта, что я тут, вполне достаточно.

— Ты резка, — сказала мать.

«Она не была резка». Она и Хейден не были хорошей парой, но Бристоль не хотела признавать этот факт. В действительности, он оказал ей услугу, влюбившись в другую. Бристоль только хотела, чтобы этой другой не была ее младшая сестра. Пресли было всего девятнадцать, и она была слишком молода и слишком избалована, чтобы понимать, что такое компромисс.

— Мама, прекрати. Я не поднимаю шум. Я все еще с ней разговариваю. И с ним. А на все остальное мне понадобится время.

Ее мама нахмурилась:

— По крайней мере, посиди с ребятами. Скоро будут подавать еду, родственники начинают задавать вопросы.

Потому что сохранять лицо при тете Джин, троюродном кузене и всеми остальными намного важнее, чем разбитое сердце или неудачи, которые переживает ее собственная дочь.

Джейла закатила глаза. Она и Линда Мэй Риз никогда не ладили. Ее лучшая подруга считала, что мама Бристоль лучше относится к Пресли. Только сейчас Бристоль поняла, насколько Джейла была права.

— Мы будем через несколько минут, мам. Я просто жду друга, — возможно, другие уже поедят до того, как ей придется признать, что ее «друг» не пришел – какой позор, – и она присоединится к остальным, когда вечер уже будет близиться к концу.

— Какого? — нахмурилась мама. — Мы больше никого не приглашали, Бристоль.

На мамином языке это означало, что со стороны Бристоль было крайне нетактично и неприемлемо пригласить кого-то на вечеринку без ведома мамы.

Джейла одарила Линду Мэй самой ослепительной улыбкой:

— Ее новый парень.

Бристоль закрутилась на своем стуле:

— Ты с ума сошла?

Что она будет делать, когда никакой «новый парень» не появится здесь, выглядеть еще более жалко?

Подруга послала ей извиняющуюся улыбку:

— Вырвалось.

Бристоль быстро оглядела нескольких мужчин поблизости, чтобы убедиться, нет ли среди них подходящего мужчины на роль парня. Но ни один ее не устроил. Как и ожидалось, многие люди в ресторане в пять часов вечера были либо слишком старыми, либо женатыми и с детьми.