|
В плане склонности к садомазохизму показательно отношение наших соотечественников (я рассматриваю всю историческую практику, без хронологических рамок) к потреблению пищи и алкогольных напитков. Вот в Китае, например, в стародавние времена приговоренного к смерти с утра до вечера кормили до отвала, в результате чего он благополучно отдавал концы от несварения или чего-то там еще. Развратные древние римляне тоже были мастаки набивать брюхо, но на все пиршества они приходили с изящно отделанным гусиным пером, назначение которого сводилось к возврату съеденного и выпитого посредством элементарной тотальной отрыжки – чтобы, не дай Зевс (или Посейдон), случайно не перегрузить свой изнеженный деликатесами древнеримский желудок.
А что же наши? У нас всегда жрали в три горла. Почему в три? Да везде сказано: «И был пир три дня и три ночи…», а в качестве иллюстрации приводится бондарь Минька, что на радостях упился в дымину и помер от этого – ха-ха! Историческая практика изобилует подобными примерами, сплошь и рядом такое случается – привыкли мы… Да, мы привыкли. Мы привыкли, что наши соотечественники праздник отмечают тем, что собираются вместе для нанесения удара организму многократно превышающим норму потреблением пищи и алкоголя. У нас закон: упиться вусмерть самому и заставить надраться тех, кто рядом. Итак, «Ролекс» зафиксировал 21.30. Всеобщий ажиотаж, царивший за столами на лужайке, и ударный темп подъема фужеров наполняли мою душу предвкушением удачи… Прокурор умрет естественной смертью. Такие случаи у нас не редкость: эти престарелые новорусские чинуши считают свой организм железным, а потому частенько пируют в саунах – да подолгу пируют, идиоты! А если вам за пятьдесят, а вы при этом, будучи сильно пьяным, сиганете из парилки в ледяную воду бассейна, извините – никто не поручится за благополучное завершение подобных опытов… Прокурорская сауна работала вовсю, даже с некоторым перегрузом. Имел место душный влажный вечер в преддверии ночного дождика – гости восседали наподобие древних римлян, обернутые в простыни, багроволицые и осовевшие от перепада температуры. Длинноногие-грудастые, как по команде, избавились от небольшого количества одежды, что имелась на их прекрасных телах, и теперь дефилировали в каких-то четвертинках простыней, оглашая подворье радостными взвизгами. Часа через полтора самые крутые тихонько исчезнут, а оставшиеся активно займутся всякими пьяными мерзостями. Именно в это время я и начну работать…
Вчерашний день ознаменовался благополучным завершением операции «Большое дерьмо», и я еще раз убедился, что в нашей стране за деньги можно сделать все. – Давай «лимон», – потребовал Стас позавчера вечером. Я дал без разговоров, Стас исчез и прибыл поздно ночью со схемой канализации района, в котором располагался губернаторский особняк. – Давай два «лимона» и… три «лимона», – потребовал хмурый Саша Шрам вчера утром. – А почему не просто пять «лимонов»? – удивился я спросонок. – Зачем именно два и три? – Так надо, – лаконично ответил Саша. – Два – задвижка. Три – говночистам… Выдав субсидии на операцию, я пересчитал наличность и позвонил Бо – попросил еще десять «лимонов». – Ты что там… строишь чего-то? – удивился Бо. – Да нет – скорее рушу, – честно признался я. – Так, может, тебе экскаватор прислать? – оживился Бо. – Думаю, обойдусь, – отозвался я. – Ты лучше приготовь одну бригаду для разведработы – понадобится скоро. – Это у меня всегда готово, – напомнил Бо. |
