— Куда мне! Я о своем отце давно не беспокоюсь. Ему прекрасно лежится на кладбище.

И что на это отвечать? Выразить сочувствие? Да этот тип плевать хотел на ее сочувствие!

— К сожалению, моего отца скоро ждет та же участь. Он болен. Ему нужна помощь. Именно поэтому он вас и снимал — чтобы оплачивать лечение, которое не покрывает страховка. Он фотограф, и это его работа.

— Даже слышать не хочу об отбросах типа папарацци. В моей стране их деятельность запрещена.

— Никакой свободы печати? — Белль скрестила руки на груди.

— Никакой свободы выслеживать людей, как зверье, только потому, что кто-то коллекционирует фотографии!

— А зачем вас выслеживать? — сказала Белль с нескрываемым раздражением. — Я без труда проникла в замок. А отцу, с его опытом, было еще проще.

— Тем не менее его схватили. К несчастью, он успел отправить снимки в Америку, а его босс не идет со мной на контакт, так что…

— Так что их издадут специальным выпуском в конце недели. Я уже общалась с «Дейли стар».

— Их заинтересовала моя возросшая популярность, и теперь они хотят получить исключительное право на фотографии.

— Они даже не упомянули, что мой отец болен! — посетовала Белль.

— А кому до этого есть дело? Его же не волновали мои недуги!

— Ваши недуги смертельны?! — вскипела Белль. — Если он не вернется в Штаты и не продолжит лечение, он умрет. Я не позволю этому случиться! Вы решили посадить его в тюремную камеру. Зачем это вам? Потешить самолюбие? Он же для вас бесполезен!

Шаги приблизились, но Белль различила лишь темный силуэт.

— Может, ты и права. Для меня он бесполезен. Но из него выйдет отличный пример.

— Пример для кого?

— Для всех, кто осмелится совершить что-то подобное. Сколько можно третировать мою семью? Пресса всколыхнулась и решила подлить масла в огонь, потому что на носу третья годовщина аварии? Я этого не допущу.

— Значит, вы не против, чтобы умирающий фотограф сгинул у вас во дворце? Никогда не слышали, что злом зла не поправишь?

— Ты заблуждаешься! — гневно проговорил принц. — Я не собираюсь ничего поправлять. То, что со мной сделали, уже не изменить. Сейчас я жажду расправы!

Судя по звуку, мужчина от нее отвернулся. И пошел прочь.

— Нет!

— Я все сказал, — отрезал принц. — Слуга тебя выпроводит.

— Возьмите меня вместо него… — слетело с ее дрожащих губ. — Позвольте занять его место.

— Но зачем? — Принц снова приблизился к Белль.

Она часто заморгала, мысленно посетовав, что не обладает ночным зрением.

— Я же не больна. Я могу сидеть под стражей сколь угодно долго. Мне это по силам. — Загвоздка заключалась в том, что Белль собиралась получить степень магистра по литературе, но ради жизни отца она пожертвует клочком бумаги.

— На кой черт тебе это?

— Просто объявите, что это я сделала снимки. И втянула принца в неприятности. Пусть примером стану я. — Он молчал. В комнате все стихло, и она решила, что принц ушел. — Прошу!

— Легенда слабоватая. Нет.

— Но вы же собирались наказать его в назидание остальным…

— Верно. Тем не менее… тебе найдется более изощренное применение.

По ее телу пробежали мурашки. Страх.

— Хотите, чтобы я…

— Если бы я хотел проститутку, я бы уже ее вызвал.