|
Джейни молчала. — Джейни! — позвал он и снова не дождался ответа. Самым спокойным голосом он сказал в онемевшую трубку: — Вы должны это сделать немедленно. Не думайте ни о чем, ни о каких для себя последствиях. Это серьезнее, чем ваша судьба. И знаете что, Джейни? Сделайте одолжение и себе, и всему человечеству. Перед тем как сесть в самолет, хорошенько вымойте руки. Эта зараза сильно отличается от всех, что есть в базе данных, так что сенсоры могут и не сработать. С этими словами Джон Сэндхауз повесил трубку. — О чем шла речь? — с тревогой спросил Брюс. Проглотив ком в горле, Джейни положила трубку на рычаг. — Помнишь тот клочок ткани, который оказался у нас в пробе грунта? Его обнаружил Фрэнк как раз в тот день, когда погиб. Брюс кивнул головой: — Помню. И что с ним? — Фрэнк сделал нам распечатку изображения, и я отослала ее в Штаты своему руководителю, просто как забаву, чтобы развлечь его. Он у нас известный патологоанатом и не менее известный микробиолог. Ему мало равных. Вот он-то сейчас и звонил, — сказала она и посмотрела в лицо Брюсу глазами, полными страха. — Похоже, я извлекла из земли архаичный штамм возбудителя бубонной чумы. Ошеломленный, Брюс опустился на стул: — Где сейчас этот клочок? Она кивнула в сторону маленького гостиничного холодильника: — Здесь. — В этой комнате? — Да, в этой комнате. Не волнуйся, он запечатан. Меня беспокоит совсем не то, что он может войти в соприкосновение с чем-то у меня в холодильнике. Хуже всего, что его касалась Кэролайн. Ты хорошо ли разглядел сейчас Теда? Вид у него так себе. И с какой стати ему понадобилось в такую жару надевать свитер с высоким горлом? — Не знаю, — сказал Брюс. — Сколько лет его помню, в жизни он не носил ничего подобного. Молча они поднялись и направились в соседний номер. Возле двери Джейни схватила Брюса за руку: — Чуть не забыли! — Она вынула из своего портфеля перчатки и пару масок. Защитив себя как положено, они заново склонились над телом, распространявшим зловоние. — Он очень бледный, — сказала Джейни. — Он очень мертвый, — поправил ее Брюс. — И все-таки не бывает обычно такой бледности, — возразила Джейни и показала на кожу запястья. — Сравни сам. Лицо намного бледнее руки, а положение тела отнюдь не такое, чтобы вызвать отток крови. Вполне возможно, причиной ее явилась болезнь. Она порылась в памяти, пытаясь припомнить симптомы чумы. — Единственное, что я помню, это про распухание и потемнение лимфатических узлов. Больше, кажется, ничего мы о ней не учили. — Нам было и не нужно. В наше время чума считалась побежденной болезнью. — Как и туберкулез, — с издевкой сказала Джейни. — Будем надеяться, что здесь все же дело обстоит немного иначе. — Ну, положим, туберкулезная палочка просто научилась сопротивляться антибиотикам. А чуму мы все-таки лечим. — Современные штаммы. Мой руководитель только что сказал, что мы, кажется, откопали архаичный штамм. — Вот дрянь. — Еще какая дрянь. — Мы так и не знаем, отчего умер Тед. Джейни потянулась вперед и пальцем оттянула ворот. |
