Несколько минут спустя она сошла вниз, подтянутая, деловитая, в непритязательной хлопчатобумажной рубашке и самых старых своих джинсах. Как только с завтраком будет покончено, она займется садом, а если Джейку Ломбарда это не понравится — его дело. Может быть, ему повезет больше, чем ей, и он сумеет поднять Джулию. Вряд ли ему захочется провести остаток утра в одиночестве. Впрочем, ее это не касается.

Однако, когда она вошла в кухню, Джейка там не оказалось. Чашки были вымыты, вытерты и сложены в сушилку, а гостя пропал и след. Он либо вернулся в свою комнату — хотя она определенно не слышала, чтобы он поднимался по лестнице, — либо вышел из дома. Последнее представлялось наиболее вероятным, и Лаура невольно подумала о том, что он так и не позавтракал.

Она взглянула на часы — всего половина восьмого. Интересно, в какое время он привык завтракать. Конечно, позже этого часа. Все равно непонятно, куда он отправился.

Как ни странно, оказавшись предоставленной самой себе, она обнаружила, что не знает, чем заняться. Если миссис Лангторн, ее соседка, в такое время увидит ее работающей в саду, то подумает, что случилось нечто необычайное. В конце концов, она же не профессиональный садовник, а всего лишь полный энтузиазма любитель. Но ни один любитель-энтузиаст не начинает выпалывать сорняки в половине восьмого утра!

Лаура вздохнула, чувствуя, как ее одолевает брюзгливость. Это все Джейк виноват, подумала она, поскольку больше винить было некого. Если бы он не спустился так рано, она, скорее всего, так и сидела бы сейчас в халате, допивая вторую чашку чаю и решая кроссворд из вчерашней газеты. Именно так она обычно проводила субботние утра. А сегодня весь распорядок дня пошел прахом.

Она неведомо зачем изучала содержимое холодильника, когда отворилась задняя дверь и вошел Джейк. Вместе с ним в кухню проник вкуснейший аромат сежеиспеченного хлеба.

— Не скучали без меня? — с этим возмутительным вопросом он водрузил на стол пакет, из которого тут же вывалились булочки, простые и сдобные, пшеничные лепешки и покрытый хрустящей корочкой французский батон. — Не знал, что вы предпочитаете, поэтому набрал всего понемногу.

Лаура уставилась на стол, потом на Джейка.

— Но… где вы?..

— У булочника, — сообщил Джейк, вытягивая из-под стола стул и плюхаясь на него.

Лаура нахмурилась.

— У нашего булочника?

— А у кого же еще?

— Но… мистер Гаррис открывает не раньше девяти!

— Вот как? — Джейк изобразил комичное недоумение. — Если вы хотите сказать, что я все это украл, то, поверьте, вы не правы.

— Разумеется, я не хочу этого сказать но… Лаура запнулась, подыскивая слова, и Джейк, сжалившись над ней, наклонился вперед, опершись локтями о стол.

— Ему как раз привезли хлеб, — с обезоруживающей улыбкой объяснил он, — и я… уговорил его позволить мне стать его первым покупателем. Он не возражал. Я упомянул ваше имя, и он с радостью пошел мне навстречу.

Лаура покачала головой.

— Но я… я с ним практически не знакома.

— Верно. Он сказал то же самое, — глаза Джейка улыбались. — Нужно поддерживать местные лавочки. Без ваших покупок они захиреют.

— Я и поддерживаю, — рассердилась Лаура. — Во всяком случае, гастрономы. Хлеб я обычно покупаю там.

— И разумеется, расфасованный, — сухо заметил Джейк, чем окончательно вывел ее из себя.

— Для меня и такой достаточно хорош, — отрезала она, стараясь не обращать внимания на запах теплых булочек, от которого у нее уже текли слюнки. — Я не делаю из еды культа.