Случайно или нет, но голос Осунты Тшольке я услышала, перейдя к главе 'Орки'. Всё правильно, где женихи, там и невеста.

Интересно, что понадобилось магистру в такой час в хранилище знаний? Чтение на ночь выбрать пришла?

Заложила книгу и нацепила на лицо улыбку.

Малый читальный зал — для преподавателей, так что Тшольке непременно сюда зайдёт. Если только её не интересуют секретные фонды наверху. В любом случае, я тут работаю и должна быть во всеоружии.

До меня долетел обрывок разговора. Осунта с гордостью и самодовольством сообщала кому-то:

— Теперь он от меня никуда не денется. Мы уже два месяца вместе.

— Он тебе кольцо дарил? — поинтересовалась её собеседница.

Напрягла память и вспомнила, что голос принадлежал преподавателю с факультета алхимии. Лично мы не знакомы, но встречались в коридорах Академии и на общих собраниях.

Значит, у Тшольке есть подруга, и она с кем-то встречается, планирует выйти замуж. Удивительно. Нет, даже не так — невероятно! Чтобы 'хвостатая стерва' с кем-то секретничала? Видимо, на радостях всем и каждому раструбила, что выбросила саван одиночества. Интересно, кого ж она подцепила?

Ответ Тшольке дала в следующей же фразе:

— Нет, но я не тороплю Эдвина.

Эдвина… Эдвин Лазавей!

Внутри неприятно кольнуло, защемило. И стало так обидно, что он выбрал именно её. Мало хорошеньких женщин, студенток — зачем ему эта стервоза? Она не красавица, с жутким характером, зато, да, — отличная магичка. И у них в Омороне точно уже что-то было. Помню, какими глазами Осунта пожирала Лазавея, помню её слёзы, только почему-то не радуюсь, что магистр ответил взаимностью. Она старше его, это неправильно!

От мысли, что Тшольке теперь будет при каждом случае виснуть у Лазавея на шее, стало противно. Видеть не смогу её самодовольной рожи!

Глухое недовольство продолжало бурлить, когда Тшольке в компании подруги распахнула дверь и небрежно потребовала найти какую-то книгу.

— А ты, смотрю, всё учишься… — она ткнула пальцем в том 'Иных рас'. — Толку-то!

Промолчала, чтобы не ответить грубостью, достала её карточку, сделала отметку и отправилась за книгой, демонстративно освещая себе путь магическим светляком большего размера, нежели можно создать с помощью общедоступной магии.

Но я схитрила, отправив светлячок плыть дальше между полками — задала путь движения зазубренным в Школе иных заклинанием, а сама притаилась, решив подслушать разговор. Мысленно сделала зарубку: заскочить к Юлианне, чтобы выпытать все подробности любовных дел магистра боевой магии. Уж она-то в курсе всех сплетен!

Подруга Осунты жаждала подробностей, и Тшольке частично поделилась ими, наверняка зная, что завтра об этом станет говорить вся Академия. Оказалось, что отношениям всего пару недель, до этого они просто иногда спали вместе. Лазавея всё устраивало, а вот Осунту нет.

Любила ли она Эдвина Лазавея? По её словам, да. Нет, слово 'любовь' Тшольке не произнесла, зато её подруга обронила: 'Рада, что на твои чувства ответили. Из вас выйдет отличная пара!'

Фыркнула, попытавшись представить этих двоих в мэрии, — картинка показалась нелепой. И неприятной. Наверное, потому, что мне Лазавей нравился.

Этого ещё не хватало: ревновать к преподавателю! Но одно я точно знала: скорчу мину, когда увижу их вместе, а то и какую-нибудь гадость скажу этой выдре, если виснуть на нём станет.

Одёрнула себя, напомнив, что шла за книгой. Только внутри всё бурлило от негодования.

Книгу я практически швырнула на стол, пожелав приятного чтения.

— Не в духе? — поинтересовалась Осунта. — Сколько знаю вас, госпожа Выжга, вы никогда не отличались вежливостью.

Так и хотелось ответить, что то же можно сказать и о ней, но сдержалась, до крови закусив губу.