На пороге стояла Ли Энн Боннер. В первый момент Нелл ее не узнала. Она раньше не видела Ли Энн в очках, к тому же оправа — должно быть, по хитрому замыслу дизайнеров — отвлекала внимание от лица. В этих очках глаза казались какими-то нечеловечески умными, как будто IQ у Ли Энн зашкаливал за триста-четыреста пунктов.

— О боже, — сказала она, — я так надеялась, что ты уже дома.

— А как ты узнала, что я в отъезде? — поинтересовалась Нелл. Вопрос случайно сорвался с языка, она даже не успела его обдумать, и прозвучал довольно-таки дерзко.

— Заскочила на Мэриго, 1. — Это был адрес полицейского штаба, лишь недавно ставшего вновь пригодным для работы. Благодаря стихийному бедствию Нелл с Клэем и смогли вырваться из города. — Местонахождение начальника они печатают в ежедневном бюллетене.

— Вот оно как, — сказала Нелл. Не таким уж и дерзким оказался ее вопрос.

— Выглядишь отлично, — отметила Ли Энн.

— Спасибо.

— Мне нравится твоя новая прическа.

— А мне — твоя.

Ли Энн погладила свои волосы. У нее был короткий «ежик», весьма смелый выбор для Бельвиля.

— Все еще работаешь в музее?

Нелл кивнула. Она была помощницей главного куратора в Бельвильском музее истории и искусства.

— Но мы пока закрыты. Заработаем снова, когда получим страховку.

— Картины и прочие экспонаты не пострадали?

— Нет. Только в саду скульптур пропал один экспонат.

— Какой?

— «Седьмое небо».

— «Седьмое небо»? Та, которая с арками?

— Ага.

— Это была моя любимая скульптура!

— И моя.

Глаза Ли Энн, скрытые странными очками, вдруг сузились в щелки.

— А она разве не металлическая?

— Бронзовая.

— Как же вода может смыть такую тяжелую вещь?

— Ее украли, — сказала Нелл. — Под шумок.

— Дорогая?

— Мы заплатили за нее двадцать тысяч долларов, но с тех пор цены выросли.

— Господи, — сказала Ли Энн. Она сняла очки и уже не казалась Нелл такой устрашающей. — А как дела у Норы?

— Все отлично.

— В Дюке учится, верно?

— В Вандербилте.

— Она всегда была очень смышленой девочкой!

— А у Лейлы как?

— В УШЛ, веселится напропалую. На связь выходит только тогда, когда нужны деньги.

Нелл вспомнила, что с мужем Ли Энн вроде бы развелась. В прихожую, жужжа, залетела пчела. Ли Энн смущенно заморгала.

— К слову, об урагане, — сказала она. — Мне нужна твоя помощь.

— Какого рода?

— Нужно выяснить кое-что насчет Элвина Дюпри.

— Ли Энн, я же сказала тебе по телефону: я ничего об этом не знаю.

— Но ты же должна… — Докучливая пчела — хотя, возможно, уже другая — прожужжала прямо между двумя пучками волос на голове Ли Энн. — О-о-о, — раздраженно промычала журналистка, уклоняясь от атаки, — ненавижу пчел! Если укусит, распухну так, что мать родная не узнает.

— Этого допустить нельзя, — сказала Нелл, отступая в сторонку.

Ли Энн рассмеялась и вошла в дом.

Они расположились на застекленной террасе, где можно было спокойно попивать лимонад и любоваться гладью бассейна.

— Как хорошо, — сказала Ли Энн.