В спальне стояла короткая и очень широкая каменная кровать. Мы сразу решили, что ляжем поперек, так получится длиннее. Толстый матрас был набит чем-то вроде соломы и застелен простыней, подушек нет, одеяло — толстая ткань.

Впервые мы оказались с Эдмунизэлем вдвоем в более или менее цивилизованных условиях.

— Позволь, я помою тебя сам? — с надеждой заглядывая мне в глаза, попросил Эдмунизэль.

— Это здорово, у меня уже ни на что нет сил, — согласилась я, еле ворочая языком.

Ванна оказалась коротковата, лечь в ней не удалось, я расположилась только полулежа. Эдмунизэль, взяв в руки мочалку и оценив ее грубую волокнистость, поморщился, отложил ее и, намылив свои ладони, стал нежно ими намыливать меня. Я так устала и так расслабилась, под его чуткими, ласковыми руками, что чуть не уснула. Он вытер меня после купания, я зажала в руке расческу, и он отнес меня на кровать. Усевшись по-турецки, я, несмотря на усталость и желание лечь и не двигаться, принялась расчесывать волосы, иначе завтра не разодрать. Эдмунизэль, как завороженный, следил за каждым моим движением.

— Можно мне попробовать? — потянулся он к расческе.

Я откинула голову назад, закрыла глаза и блаженствовала от его осторожных движений, иногда урча от удовольствия.

— Это так приятно? — удивился Эдмунизэль.

— Да, очень, когда это делает кто-то другой и так бережно. Спасибо. А теперь давай спать, сил нет, того гляди свалюсь.

Эдмунизэль быстро ополоснулся и мы улеглись, прижавшись друг к другу. Закрыв глаза, думала что сразу же вырублюсь, но, на самом деле, не могла уснуть, чувствуя напряжение, тревогу, дискомфорт Эдмунизэля. Нет, так дело не пойдет. Знаю способ его расслабить. Обняв его за шею, потянулась за поцелуем. Он тут же страстно отозвался, крепко прижимая меня к себе, как будто я живительный источник. Забыв об усталости, от взаимных ласк, внизу живота родилась горячая волна желания, распространяясь по всему телу. Уж раз, сегодня, я проявляю инициативу, буду последовательной до конца. Сев на него верхом, я сама начала двигаться, стремясь, чтобы это было все глубже, сильнее, быстрее.

— Не спеши… — прохрипел он со стоном.

Но я абсолютно потеряла контроль над собой и уже не могла остановиться. Чувство жара и напряжения нарастало, приближая меня к разрядке. Когда я, наконец, достигла вершины удовольствия, в тот же миг почувствовала и его ответную горячую, пульсирующую реакцию, усиливающую мое наслаждение.

— Мне так хорошо с тобой, — прошептала, обессилено упав ему на грудь, теперь уже не в силах даже пошевелиться.

— А я и не мечтал о таком счастье, радость моя… — сказал он, осторожно перекладывая меня на кровать, но не выпуская меня из своих объятий.

Сквозь подступающую дрему вдруг мелькнула мысль, что у меня же есть Целительский Дар, значит, я-то могу поделиться Силой с Эдмунизэлем. Надо только сделать это незаметно, а то он не даст осуществить задуманное. Я тихо лежала, притворяясь спящей, и ждала, когда же уснет Эдмунизэль.

— Почему не спишь? — прошептал он через некоторое время мне в ухо. Ну надо же! Как он это понял?

— А ты? — прошептала в ответ.

— Я всегда засыпаю только после тебя.

Вот засада! Ладно, придется действовать в открытую, но без предупреждения! Прижавшись губами к его груди, я мысленно представила, как отдаю частичку своей Силы уставшему, опустошенному Эдмунизэлю. Уже теряя сознание, с разочарованием отметила, что и у меня Силы, в этих стенах, так мало, что он ничего и не заметил.