— Идите... Чего ждёте... — повторил он, и повернулся, показывая что вся левая сторона его куртки пропитана кровью.

— Понятно. — проследив за моим взглядом, нахмурился Леонид. — Сильно зацепило?

Седой кивнул.

— Нормально...

Я хотел было сказать что у нас есть врач, но в этот момент ноги его подогнулись, и он как стоял, так и рухнул. Никто даже отреагировать не успел.

— Он очень хороший человек! Ему надо помочь! — подскочил Славик, и перевернув седого на спину, подложил ему под голову свою шапку.

— Слав. Ты же видишь что он умирает. Чем мы ему поможем? У нас даже лекарств никаких нет. — попытался я успокоить парня.

— Нет мужики, вы не понимаете! — едва не плача, выкрикнул Славик, — из всех кого я здесь знаю это самый достойный человек! Мы не можем его вот так вот бросить!

— Если это все аргументы, то бери подружку свою, и потопали. — резко оборвал его Леонид.

— Погодите! Вот! — потянувшись к кофру, он сунул в него руку, и достал какие-то ампулы.

— Что это? — потянулся Леонид, подставляя ладонь.

— Морфин! Здесь много!

— Морфинагидрохлорид... — поднеся одну из апмул к глазам, прочитал Леонид.

— Это он и есть, просто в лекарстве! Мы ходили к центру и нашли там заброшенную больницу, все эти ампулы оттуда, там много еще! Там целый склад был!

— Ну хорошо, — разглядывая ампулы на свет, — только причём тут этот? — кивнул он на седого.

— Только он знает где находятся препараты, — торопливо говорил Славик, — когда мы наткнулись на склад, они с рыжим перепрятали всё что там было!

— А рыжий, это кто? Тот что в коридоре валяется? — так же спокойно уточнил Леонид.

— Да он!

— Заманчиво конечно... — задумался я, но судя по жгуту на ноге, и двух дырках где-то над сердцем, — в куртке отчётливо виднелись пулевые отверстия, мужичок этот явно не жилец.

— Слав, ты послушай... Мы сделать то ничего не можем, он помрёт прежде чем мы его вниз спустим.

— Тогда я тоже остаюсь. — решительно заявил парень. — Уходите!

Такая преданность очень похвальна, но оставлять его мы не могли. Мало ли к кому он попадёт, а рисковать жизнями своих близких я не хотел. Вот только убивать пацана было бы чересчур, поэтому пришлось согласиться.

— Ладно, ладно. Уговорил. — успокоил его я, — Мы сейчас заберем твоего друга и отвезем к нам, у нас есть врач и если что-то можно сделать, она обязательно ему поможет. Ключи от пикапа где?

— Вот. У меня. — засуетился тот. — Вот.

Забрав у него ключи я вышел на улицу, и поёжившись от чувства обнаженности — если кто-то из этих остался, сейчас самый удобный момент для мести, быстрым шагом направился к стоящему в отдалении здоровенному пикапу.

Шильдика нет, но очертания — хоть и смазанные временем, характерны для тойоты. Еще и правый руль. Шикарно.

Дойдя до машины, я внимательно осмотрелся, и не заметив ничего подозрительного, сел за руль.

Первое ощущение — запах. В салоне пахло чем-то кислым, и огурцами. Причём но запах огурцов выделялся особенно сильно. Я огляделся, но никаких огурцов здесь не было. — Тряпки, чьи-то валенки, бутылки с какой-то жидкостью, и старые газеты. Вот и всё убранство.

Вставив ключ, и повернув его в замке, я с удовольствием услышал сытый рык могучего мотора. Не знаю почему, но у машин с числом цилиндров больше четырёх, звук совершенно особенный. Даже объём может быть небольшим, но звучать он всегда будет отлично от четырехцилиндровых.

Ждать, когда прогреется, я не стал, успеет, пока будем грузиться. Движок бензиновый, так что проблем не возникнет.