– Египетские иероглифы я узнаю, а вот две других строки – нет, – сказал Томас, указывая на три набора письмён, вырезанных в полу перед дверным проемом.

– Вторая строка ацтекская, доконкистадорской эпохи, – объяснил Себастьян. – Третья камбоджийская. Напоминает смесь банту и санскрита.

Подняв голову, Себастьян обнаружил, что Лекси внимательно на него смотрит.

– Что, впечатляет?

Легкая улыбка тронула уголки ее полных губ.

– Возможно.

– Итак, вы были правы, – сказал Вейланд. – Эта пирамида действительно содержит в себе все три культуры.

– Именно так все и выглядит – отозвался Себастьян. – И это противоречит всем учебникам истории, какие когда-либо были написаны.

Томас опустился на одно колено и провел пальцами по резным пиктограммам.

– «Можете… избрать… войти». – Он еще раз задумался над переводом и потер шею. – Или, возможно: «Кто изберет может войти…»

– Совсем как древний коврик перед дверью, – заметил Миллер.

Себастьян сделал шаг вперед и воззрился на письмена.

– Какой невежда научил тебя так переводить?

Томас ухмыльнулся.

– Вы не поверите, но этот невежда очень похож на вас.

– Это не «избрать» и не «изберет», коллега… это «избранные», – заявил Себастьян. – «Только избранные могут войти».

Пока они так теоретизировали, Верхейден оттолкнул Томаса в сторону и двинулся внутрь пирамиды. При первом же шаге его ботинок опустился на причудливую каменную плиту, приводя в действие потайной механизм. Никто из группы этого не заметил, пока все переступали порог и направлялись вперед по коридору.

ГЛАВА 15

В самом мрачном сердце огромной пирамиды, куда исследователи еще не забрели, с хриплым рокотом пробудились инфернальные машины. Внутри обширного каменного зала, главное место в котором занимал центральный бассейн, покрытый клубящимися ледяными испарениями, глубоко из-под мглистой поверхности исторглись звенящие отзвуки.

Шипастые, бритвенно-острые цепи выскочили из узких щелей в высоком сводчатом потолке и глубоко опустились в клубящийся призрачный туман над бассейном. Цепи болтались и лязгали, а затем вдруг до отказа натянулись, когда незримые лебедки потащили из бурлящего бассейна некий массивный объект.

Вначале появился длинный и изогнутый костяной гребень, украшенный волнистыми, изменчивыми контурами наподобие коралла. В этом костяном гребне имелись тонкие трещинки, как в древней слоновой кости. Его твердые рогатые края пронзали остроконечные крючья, приваренные к цепям. Безглазая продолговатая голова торчала из– под гребня.

С каждым поворотом незримых лебедок существо все больше приподнималось из бассейна. Затейливо очерченная голова покоилась на длинной сегментированной шее, закутанной в костяную оболочку и обмотанной неорганическими на вид трубками. Шишковатый позвоночник существа был примерно той же длины, что и у малого полосатика, весь усеянный острыми, кривыми шипами.

Туловище защищала толстая выпуклость, которая сужалась к невероятно тонкой, почти до толщины хребта, талии и тазу.

Длинные черные трубки торчали из обоих боков существа, а тонкие жилистые руки, похожие на лапки насекомого, заканчивались кистью, которая жутким образом напоминала человеческую. В целом очертания представлялись стройными, изящными и совершенно кошмарными. Несмотря на колоссальные габариты – куда больше, чем у легендарного тираннозавра, – впечатляющее существо, судя по всему, обладало силой, стремительностью и ловкостью.

Очевидно, оно также было очень опасно.