– Интересно… – посередине гарды имелась плоская дверка, отодвинув которую я увидела шесть тусклых зелёных иероглифов. Прежде чем успела задуматься об их смысле, снова сработал колдовской обруч, и я узнала цифры. Самая правая постоянно менялась.

– Что значит 90.12.91? – спросила у женщины. Она удивлённо подняла брови.

– Там не может быть таких цифр! Разреши взглянуть? Я поднесла нож к её лицу. Галина улыбнулась.

– Ты прочла справа налево, на самом деле здесь… – она запнулась и уставилась на меня квадратными глазами. – Ты прочла наши цифры?! Кто бы мне хвост узлом завязал за глупость…

– Такие знаки используют волки-оборотни, – сказала я невозмутимо. – Только пишут справа налево, как и драконы. Что значит этот номер?

– Часы, – машинально ответила Галина. Я подумала – обманывает, но Куросао ткнулся мне носом в крыло и, когда я обернулась, молча кивнул. Никогда бы не подумала!

Продолжив осмотр ножа, я нашла с краю гарды зажим, и точно такие были слева и справа на ножнах. Соединив нож с левым зажимом, я внезапно получила огромные ножницы. Удивительно! Подумав, я развернула нож обратной стороной и присоединила к правому зажиму. Получилась прекрасная пила с удобной рукоятью. Пленники молча наблюдали.

– Хорошая сталь, – похвалила я нож. Взвесив на ладони, прикинула центр тяжести, подбросила и с места метнула в дерево шагов за сорок. Вонзился до середины лезвия.

– И баланс отличный. Ваши мастера умеют делать оружие. Подняв «хаммер», я присела возле мужчины.

– Например, вот это как называется?

– Огненная машина, – буркнул Джон. Куросао фыркнул.

– Неправильный ответ, – сообщила я. – Если будешь обманывать и дальше, я тебя укушу.

В подтверждение угрозы, я раскрыла пасть и показала людям набор клыков. А зубы у меня замечательные, это все признают. Однажды на тренировке я попала себе копьём по лицу и сломала клык, Хакас страшно сердился, но всего через месяц вырос новый – ничуть не хуже старого. Хакас очень удивился и сказал, что у людей зубы не восстанавливаются… А сломанный клык я подарила Кодзуми, он просил.

– Драконы очень больно кусаются, – добавила я, заметив что Джон отшатнулся. Для пущего эффекта я подняла гребень шипов, полураскрыла крылья и выпустила все десять когтей разом. Люди поняли правильно.

– Это плазменный ударник, – неохотно ответил мужчина. – Модель «Хаммер М500». Куросао кивнул. Я весело щёлкнула зубами.

– Ну вот, так лучше. Продолжим урок! Сколько раз может выстрелить этот «ударник», на какое расстояние, как перезаряжать, что служит вместо стрел?

– Может тебе ещё теорию плазмоганов объяснить? – резко спросил Джон. Я усмехнулась.

– Ты мне всё объяснишь, человек. Хаятэ очень прилежная ученица. Усевшись поудобнее, я загнула хвост «свечой» перед грудью и уложила на него голову.

– Времени у нас много, – сказала Джону. – Куда больше, чем у меня терпения.

***

К утру я хорошо разбиралась в плазменном оружии. «Хаммер» оказался даже более смертоносным, чем я думала: на одной «батарее» он мог сделать до пяти тысяч выстрелов «малой мощности», а были ещё и выстрелы повышенной мощности – позавчера в меня чуть не попал как раз такой. Дальность стрельбы составляла около двух цээгов, учитывать ветер или разницу высот не требовалось, огненная стрела долетала мгновенно.