Ниагара тоже изменилась. Простое восточное седло заменили эльфийским, позолоченным, на лапы и хвост надели серебряные браслеты. Грифоница им не слишком обрадовалась, но самый большой протест вызвала красивая платиновая уздечка, которую все эльфийские грифоны должны были носить в клюве. В конце концов, Ниагару удалось уговорить, но настроение у неё сильно испортилось.

– Тут красиво, – невнятно заметила грифоница. Уздечка мешала ей закрывать клюв, и Ниагара время от времени дёргала головой, точно как орёл, рвущий добычу.

– Главное, не увлекайся, – предупредил Джихан. – Помни, к грифонам здесь относятся как к животным. Ты моя скромная лошадка, и пока не спросят, должна молчать.

– Я помню, – угрюмо отозвалась Ниагара. – Приступим.

– Хэк, – юноша решительно направился к воротам. Стражники – это были пожилые ветераны, давно отслужившие своё и удостоенные высокой чести охранять Ронненберг – следили за гостями с любопытством и добродушными улыбками.

– Остановись, юноша, – сказал один из них, когда Джихан приблизился. – Кто ты, и с какой целью направляешься в Город Магов?

– Я Са Лунг, охотник и странник, – смиренно ответил Джихан. – Это мой ручной грифон. Я наслышан о мудрости Магов, и мечтаю задать вопрос, нуждающийся в ответе.

– Входите с миром, – отозвался второй стражник. – Но помните, насилие и разбой в Городе Магов караются без пощады.

Низко поклонившись, юноша дёрнул Ниагару за узду и прошёл под воротами. В миг, когда он пересекал их тень, синяя чешуйка на груди внезапно вспыхнула ярким пламенем и столь же мгновенно погасла, ничуть не пострадав. Джихан постарался скрыть удивление.

Архитектура Ронненберга сильно отличалась от других городов. Широкие, светлые улицы, были посыпаны жёлтым песком, белокаменные дома в большинстве насчитывали только два и даже один этаж. Вокруг домов всегда цвели сады, поражавшие буйством красок и запахов, вдоль главных улиц росли вязы и кипарисы, повсюду зеленели газоны и живые изгороди. В сравнении с другими городами, улицы казались безлюдными: несколько человек гуляли по аллеям, кое-где в садах трудились юноши и девушки. Царила тишина, и слабый ветерок лишь подчёркивал странную, напрягающую атмосферу.

Джихан и Ниагара довольно долго глазели по сторонам, невольно вздрагивая, когда рядом проходил горожанин. Но напрасно; гости привлекали не больше внимания, чем обычная кошка. В конце-концов, у Джихана лопнуло терпение, и он подошёл к двум старцам, мирно беседовавшим на скамье в тени раскидистого дерева.

– Да будет долгим ваше благополучие, – вежливо поздоровался юноша. Старцы обратили на него взгляды.

– Добро пожаловать, гости, – ответил один из них, носивший белую мантию с золотым солнцем на груди. Второй старик откинулся на спинку скамьи и закрыл глаза, погрузившись в размышления. Джихан поклонился.

– Я Са Лунг, смиренный странник. Меня привело в ваш благословенный город желание увидеть великих Магов и задать им важный вопрос.

– Твоё желание исполнилось, – улыбнулся старик. – Я Маркиус, куратор Первого круга Башень. Сядь рядом со мной, и задай вопрос, тревожащий твоё сердце. Юноша мысленно вздохнул.

– Смею ли я отнимать время у мудрейших? – он присел на край скамьи. Ниагара сразу улеглась рядом; грифоница участвовала в разработке легенды, и хорошо представляла её размер.

– Путь твой был долог, и жалеть о времени мы не станем, – отозвался Маркиус. – Приступай же к рассказу, юноша, мы внимаем.