Майор Кроу взглянул на него и вежливо проговорил:

– Прошу извинить меня, инспектор, но мне ваше поведение все это время кажется несколько странным. Кроме того, любопытно было бы знать, откуда вам оказалось известной фамилия жениха мисс Вилс. Лично я ее при вас не упоминал.

– Черт! Прошу прощения, сэр.

– Ничего, ничего, – все с той же вежливостью ответил майор. – Это не имеет ни малейшего значения. Помимо того, относительно списка вопросов я склонен присоединиться к вашему мнению. – Может быть с их помощью нам удастся вывести что-то на чистую воду. Вы правы. Если там были какие-то ловушки, в вопросах должно содержаться упоминание о них.

Он вытащил листок из кармана покойного, развернул его и положил на стол. Вот что было там написано четким, каллиграфическим почерком:

ДАЙТЕ ПРАВИЛЬНЫЕ ОТВЕТЫ НА СЛЕДУЮЩИЕ ВОПРОСЫ:

1. Была ли на столе коробка? Если да, опишите ее.

2. Какие предметы я брал со стола? В каком порядке?

3. Который был тогда час?

4. Какого роста был человек, вошедший в кабинет из сада?

5. Опишите, как был одет этот человек.

6. Что он держал в правой руке? Опишите этот предмет.

7. Опишите, что он делал. Взял ли что-нибудь со стола?

8. Что он дал мне проглотить? Сколько времени это у меня заняло?

9. Сколько времени он пробыл в комнате?

10. Кто говорил и что было сказано?

Верными будут считаться лишь буквально правильные ответы на каждый из поставленных вопросов.

– Как будто ничего особенного, – пробормотал майор, – но ловушки здесь есть. Посмотрите только на примечание. И судя по восьмому вопросу, насчет того, что капсулу он должен был проглотить только притворно, вы были правы, инспектор. Тем не менее...

Майор снова сложил листок и передал его Эллиоту, бережно уложившему его в свой бумажник. Затем майор, не отрывая глаз от часов на каминной полке, отступал к двери кабинета.

– Тем не менее, как я уже говорил...

Луч света из открывшейся двери в вестибюль рассек пополам музыкальный салон. В проеме двери показался силуэт человека. Ясно виднелись лишь блики света, отраженного от его лысой головы.

– Эй! – резко крикнул вошедший. – Кто здесь? Что вы тут делаете?

– Полиция, – ответил майор. – Не беспокойтесь, Инграм. И включите, пожалуйста, свет.

Сделав пару попыток нащупать выключатель, стоя в дверях, вошедший наощупь добрался до комода и включил свет. Эллиот понял, что ему следует внести некоторые коррективы в свое первое мимолетное впечатление, создавшееся у него от профессора Джилберта Инграма еще в Помпее.

Круглое, доброжелательное лицо Инграма, склонность к полноте и несколько преувеличенная жестикуляция создавали впечатление, что он низенький толстячок. Это впечатление еще усиливалось голубыми, блестящими, с виду наивными глазами, широким, похожим на пуговицу носом и двумя хохолками темных волос, небрежно зачесанных на уши. У него была манера поглядывать, опустив голову, снизу вверх с насмешливым выражением, отражавшим, вообще говоря, его отношение к жизни. Сейчас, однако, все это пугающе изменилось. Лицо стало синеватым, смятая рубашка пузырем торчала из-под жилета. Профессор непрерывно потирал один о другой пальцы правой руку, словно они были испачканы в мел. В действительности, понял сейчас Эллиот, он был среднего роста и не так уж толст.

– Восстанавливаем происшедшее, не так ли? – заметил профессор. – Здравствуйте, майор. Здравствуйте, Боствик.

Его слова были произнесены с рассеянной вежливостью, вызвавшей на лицах всех мимолетный проблеск улыбки. Главным впечатлением, сложившимся у Эллиота, было то, что за этим, невинным лицом скрывается проницательный ум.