Стараясь не думать о том, что меня ждет в случае неудачи, я тихо провернул замок. Из комнатки позади меня донесся слегка приглушенный, но от этого не менее возбужденный бас Миши Кретчетова:

    -  Нуте-с, господа, делаем ставки! Двенадцать к одному, что многоуважаемому Витьку сейчас оторвут кое-что пониже пояса! Принимаются также ставки на то, убегут ли вампир с джинном, что сделают с Мусором, когда поймают, сколько зубов выбито у Канта и сколько еще выбьют…

    Глубоко вздохнув, я опустил ручку и слегка приоткрыл дверь…

    4

    На улице у входа меня, естественно, ждали. Парочка циклопов стояла спиной к дверям, натянув шляпы на лысые головы и засунувв карманы. Само собой, такой наглости от запертых в туалете людей и нелюдей циклопы не ожидали. Оно и к лучшему.

    Не давая им времени обернуться на тихий скрип отворяемой двери, я кинулся к циклопам и врезал ближайшему книгой по голове. Отечественные фантасты сработали на сто процентов удачно! Циклоп уж на что был низенький и сутулый, стал, кажется, еще ниже. Коротко икнув, он рухнул боком в снег. А я уже подбежал ко второму и вновь замахнулся книгой. На этот раз помощи наших писателей не понадобилось. Циклоп закричал что-то невразумительное насчет моей мамы и рухнул лицом в сугроб, смешно загребая ручонками снег. Любоваться им времени не было. Из-за угла туалета уже выворачивала пятерка циклопов в развевающихся плащах.

    Я кинулся наперерез еще одной группе, бежавшей через дорогу.

    -  Мусор! Беги! Мусор, засада!! - заорал я на ходу, приближаясь к скамейке.

    Мусор, почти дошедший до конца парка, остановился. На лице его блуждала загадочная улыбка.

    -  Вить, сантехника дома нет! Я стучал, стучал, - закричал он, сложив руки рупором.

    -  Беги, мать твою!

    -  Чего? От кого?

    Мусор огляделся по сторонам, но, похоже, так никого и не увидел. Циклопы за его спинами строили мне гримасы и показывали кулаки. Один даже приподнял уголок шляпы и похлопал себя по лбу ладонью, выражая тем самым полнейшее ко мне презрение.

    Столь откровенного издевательства над своей скромной персоной я стерпеть не мог! Да, я допускаю, что Мусор плевал мне в душу, когда заставлял рубить голову ни в чем не повинному человеку. Я могу пропустить мимо ушей замечание Севы, что у меня тыщу лет не убирали в квартире. Я даже, положа руку на сердце, могу простить своему декану Антону Тысоевичу Ницше то, что он поставил мне за курсовую пару и дописал ниже текста: „Ну и фигня“, но стерпеть издевок со стороны какого-то одноглазого коротышки в плаще я не мог, да простит меня Одиссей!

    Размахнувшись, я швырнул в циклопа книгу. Мусор, стоявший несколько ближе, выкатил глаза и собирался было покрутить пальцем у виска, но книжка врезалась ему в живот, и они оба (имеется в виду книжка и собственно сам Мусор) упали в снег. Вернее, Мусор не упал, а согнулся в три погибели.

    В голове моей зашипело, заклокотало и вдруг сквозь частые помехи раздался искаженный голос Ирдика:

    „Мазила! Кто так кидает!“

    С кем не бывает? Я, между прочим, с детства слегка близорук, а в баскетбол вообще играть не умею ввиду того, что в кольцо не попадаю даже с мизерного расстояния…

    „А в мысли вы влезать все еще умеете?“ - подивился я.

    „Это же не колдовство, а настоящий научный феномен! - сказал Ирдик в левом ухе. - Правда, из-за снега связь плохая, ср… вается…“

    В ушах зафонило. Похоже, попытался влезть кто-то еще.