И он рискнул. В момент, когда граф совершил очередной, чисто театральный пируэт и словно бы открылся, атаман прыгнул вперед. Его серия ударов была стремительна, и это наверняка был его коронный прием, отработанный не один раз.

Граф попятился от неожиданности, в толпе испуганно ахнули, но в следующий миг Хаген словно размазался по воздуху. С жалобным звоном разлетелся на куски разбойничий меч. Атаман запнулся, точно налетел на невидимую стену, и рухнул на колени. Из многочисленных ран обильно хлестала кровь, но ни одна не была смертельна.

— Перевяжите его! — бросил Хаген.

Его люди бросились к разбойнику, но тот, прекрасно понимая, что его ждет, с рычанием подскочил на ноги. Но не успел взмахнуть обломком меча, как Хаген очутился у него за спиной и точным ударом подрезал ему сухожилия. Атаман с диким ревом повалился на землю.

Точно откликнувшись на его крик, четверо оставшихся разбойников подхватили лежавшее у ног оружие и бросились на графа.

В толпе опять ахнули. Воздух пронзила серебристая молния — меч графа… Взвыл один разбойник, разбрызгивая кровь из обрубка руки… Завизжал второй, хватаясь за ногу… Зарычал от боли третий, ткнувшись лицом в мостовую… Наконец без звука сложился пополам последний.

К ним подбежали слуги, спеша перевязать, сам же граф, отбросив меч, поспешил к Гелену. По обыкновению спокойный и невозмутимый, только снисходительная усмешка да еще торжествующий взгляд выдавали возбуждение после боя. Но, как отметил барон, дыхание было ровное, а на лице — ни единой капельки пота. Словно не он только что демонстрировал чудеса фехтования.

— Гелен, ты исполнил поручение?

— Да, все сделано, — кивнул барон.

— Вот и отлично.

Граф поискал глазами Мартина. Тот вырос точно из-под земли.

— Ваше сиятельство?

— Всех вниз и проследи, чтобы выжили. Иначе пойдешь им на замену.

Он коротко хохотнул и хлопнул старика по спине.

— Шучу, ступай, я скоро.

Едва Мартин скрылся из виду, Гелен подступил к графу ближе.

— Хаген, этот атаман… Он выглядел опасным. Он наверняка был наемником.

— Да, я заметил, — отозвался граф. — И что с того?

— Как это что? — Барон растерялся. — Но, Хаген… Я не понимаю… Ты давно уже не брал в руки меч. Он мог убить тебя!

— Убить?!

Хаген расхохотался, похлопал Гелена по плечу и направился к замку.

— Ладно, мне пора в подземелье, — бросил он барону и, уходя, воскликнул весело: — Убить! Хорошая шутка, Гелен.

Глава 18

Что давало Охотникам силу сражаться с демонами? Существами, заведомо сильнее, быстрее, а зачастую и хитрее. Называется много причин. Самая идиотская среди них — Охотники так часто купались в крови убиваемых демонов, что якобы смогли перенять часть их способностей. Согласитесь, это просто смешно…

Перед отъездом из Торента Рикерт приобрел себе новый посох. Перед тем как исчезнуть вчера вечером, Айрис оставила ему немного денег. Когда и где она успела их раздобыть, Рик старался не думать. Он вообще старался не думать о ней. Вернется — хорошо, а нет так и нет.

Зайдя в оружейную лавку, Рикерт вдруг понял, что вчерашний разговор с Логаном оставил в душе куда более глубокий след, чем казалось вначале. Рик очень долго стоял перед разложенными на прилавке мечами и вспоминал слова Логана.

Так ли уж Охотник был неправ? И не в том ли заключается слабость Рика, что он чересчур привязался к посоху? Служившему не столько оружием, сколько символом его новой жизни?

Возможно, пришла пора избавиться от этого символа? До встречи с Айрис ему и посохом-то не приходилось орудовать. Последнее же время он стал попадать в такие передряги, в коих меч был бы гораздо уместнее.