Тревис пожал плечами.

— Я из другого мира.

Веки опустились на глаза дракона, словно капюшоны, превратив их в узкие щели.

— Да, я вижу. Вот почему я о тебе ничего не знал. Но теперь и твой секрет принадлежит мне, и я знаю, что конец этого жалкого творения — мира, как ты его называешь — уже не за горами. В особенности теперь, когда пришел ты, разбиватель рун.

Холодная бритва полоснула сердце Грейс. Она посмотрела на Эйрин и Лирит. Голубые глаза баронессы были широко раскрыты, но взгляд колдуньи оставался таким же непроницаемым, как взгляд дракона. А потом у Грейс больше не осталось времени на размышления — Тира повернулась и помчалась обратно в ее объятия. Опустившись на колени, она прижала девочку к груди, разглаживая ее огненные волосы.

Дарж и Бельтан отступили, наваждение исчезло. Мелия подошла к Бельтану, и он обнял ее за хрупкие плечи.

— Ну и что теперь будет, Сфитризир? — спросила она тихим, но чистым голосом. — Что ты с нами сделаешь?

Дымок курился над пастью дракона. Затем он ухмыльнулся.

— Вы рассказали мне о том, чего я не знал. Я получил новый секрет. Такого не случалось уже много столетий. И я решил проявить щедрость.

Глаза Мели и сузились.

— Щедрость? А ты уверен, что принадлежишь к роду Гордрим, Сфитризир?

— О, совершенно уверен, — зашипел дракон. — И за твой острый язычок, я начну с тебя, Мелиндора Сребролунная. Вот твой секрет: тебе никогда не получить того, что ты так страстно желаешь. Всякий человек, которого ты полюбишь, обречен на смерть, и так будет всегда.

Грейс видела Мелию разгневанной, усталой и обиженной — она даже пару раз чего-то испугалась. Но еще никогда на ее лице не появлялось такого ужаса и отчаяния. Она прижала руку ко рту, чтобы подавить крик, а потом повернулась и прижалась лицом к широкой груди Бельтана.

Светловолосый рыцарь мрачно посмотрел на дракона.

— Что ты с ней сделал?

Дракон слегка согнул крылья.

— Поведал ей правду, сэр рыцарь, а теперь твоя очередь. Человек, которого ты любишь, отвернется от тебя в тот момент, когда твои чувства перестанут быть для него тайной.

Бельтан открыл рот, но ничего не ответил, продолжая обнимать Мелию.

— Ты лжешь, — с горечью проговорил Фолкен.

— Вовсе нет, — возразил дракон. Фолкен стиснул зубы и промолчал. Дракон приподнял голову.

— Ну, кто следующий? Как насчет тебя, Фолкен? Ты ведь забыл о своей руке, когда погибло королевство. А вот стойкий эмбарский рыцарь. — Дракон повернул голову к Даржу. — Ты кажешься крепким, как камень, сэр рыцарь, но твое нежное сердце страдает от любви, разве не так? Будь ты молод и красив — тогда бы ты ее заслужил.

Дарж стоял неподвижно, молча глядя за горизонт.

— А две дочери Сайи, — проникновенно проговорил дракон, взглянув на Лирит и Эйрин, — обречены на то, чтобы предать своих сестер и госпожу.

Женщины всплеснули руками, но ничего не ответили, и тогда дракон бочком подобрался к Грейс, и камни заскрипели под его когтями. Грейс хотелось бежать, но она не могла сдвинуться с места.

— А какие секреты раскрыть тебе? — осведомился дракон. — Рассказать о девочке? Разве тебе не интересно узнать, откуда ей известно имя повелителя рун?

— Оставь… ее… в покое, — сквозь зубы прошипела Грейс. И вновь дракон оглушительно расхохотался.

— Нет, я обещаю, что девочка покинет тебя. Тебе следовало бы отдать ее мне сейчас. Вам всем было бы намного легче.

Грейс продолжала прижимать к себе Тиру.