Тревис в изумлении уставился на барда.

— О чем она говорит? Как ты мог знать Дакаррета?

Фолкен молчал так долго, что Тревис уже решил: ответа не будет. Потом бард поднял руку в черной перчатке.

— Это сделал со мной Дакаррет.

Все смотрели на барда, не в силах заговорить. Голос Фолкена стал горьким, точно яд.

— Он взял мою руку в качестве награды. И напоминания. За роль, которую я сыграл, сам того не зная, когда приложил руку к гибели королевства.

— О каком королевстве ты говоришь, Фолкен? — тихо спросил Дарж.

Бард сжал в кулак руку в черной перчатке и произнес одно слово:

— Малакор.

Мелия накрыла ладонью его кулак, в ее глазах сияла печаль.

— Ты не должен себя винить, дорогой.

Фолкен опустил руку.

— Да, это сделают другие.

Эйрин сжала левой рукой подол своего платья.

— Но этого не может быть. Малакор пал семь столетий назад.

— Да, — кивнул Том, — совершенно верно.

Тревис уже ничему не удивлялся.

— Конечно, Фолкен из Малакора. Именно так он представился мне в Зимнем лесу. Из чего следует, что…

— Семьсот сорок два года, — закончил за него бард с невеселым смехом. — Тебе стало легче, когда ты узнал истину?

— Но как? — просто спросила Грейс. Фолкен пожал плечами.

— Дар Дакаррета. Я буду жить вечно, чтобы помнить, какие деяния совершила рука, которую я потерял.

Мелия обняла барда, и они склонили головы, а Том смотрел на них, и в его золотых глазах стояли слезы.

Игла скорби пронзила сердце Тревиса… потом он решительно тряхнул головой. Кто такие эти люди — нет, эти существа, — чтобы использовать их всех? Они даже хуже, чем Сфитризир. Как и «Дюратек», дракон ничего от них не скрыл. Мелия и Фолкен больше походили на Ищущих — открывали только то, что им было удобно в данный момент.

Грейс удивленно смотрела на него.

— Тревис, что случилось?

Он вскочил на ноги, с гневом глядя на барда и янтарно-глазую леди.

— Ну и какие еще секреты вы скрыли от нас? — с ядовитой усмешкой спросил он.

Губы Мелии вытянулись в тонкую ниточку. Потом она вновь склонила голову, оперлась на плечо Фолкена и заговорила, но теперь в ее голосе не слышалось ни гнева, ни печали, а лишь бесконечная усталость.

— Оставь нас в покое, Тревис. Пожалуйста. Оставь нас в покое.

Гнев ушел, так вода выливается из пробитой пулей фляги, и он ощутил пустоту. Опустившись на землю, Тревис посмотрел на побледневшие лица остальных. Потом его руки коснулись легкие пальцы.

— Все в порядке, Тревис, — тихо проговорила Грейс. — Они все еще Мелия и Фолкен.

Я знаю, — хотелось ему ответить. — Но остался ли прежним я сам?

Но он лишь опустил голову ей на колени и заплакал.

ГЛАВА 70

Со спины Шандис Грейс разглядывала замок, вздымающийся в небо над туманными водами озера.

Ну, похоже, я сумела сюда добраться, Бореас.

Грейс засунула руку под плащ и нащупала свернутый пергамент. Казалось, прошла вечность с тех пор, как Бореас дал ей рекомендательное письмо. За время их долгого путешествия Грейс стала участницей событий, о которых и подумать не могла. И практически забыла о поручении, которое дал ей король Бореас тем летним утром в Кейлавере — выступить в роли шпиона в замке Спардис. Но в конце концов путешествие привело ее к замку, где она и должна была оказаться.

Вот только с вами нет двух рыцарей и мальчика, Грейс.

Ее сердце сбилось с ритма.