— Однако в отличие от золотых таэлей, одинаково Ценных, независимо от того, с какой стороны на них смотришь, у друзей оборотная сторона бывает иногда весьма непривлекательной.

— Да?

Джейк понял, что завладел его вниманием.

— Дэвид Оу, по-видимому, был убит не агентами КГБ.

— Неужели китайцами? Тогда это просто ужасно.

Джейк кивнул.

— Особенно принимая во внимание тот факт, что те китайцы были агентами Куорри.

В соседнем офисе кто-то выбивал чечетку на клавишах пишущей машинки. Эта трескотня особенно резала ухо в наступившей тяжелой тишине.

— Дорогой мистер Мэрок, — произнес наконец Верзила Сун, — если это так, то я боюсь, перед нами одна из непостижимых загадок нашего тревожного времени.

— Не такая уж она непостижимая, как кажется. Дэвид Оу ее разгадал, да и я разгадаю со временем. Кто-то из Куорри повернулся к нам своей темной стороной.

— Ой!

Джейк с трудом подавил улыбку. Верзила Сун ойкнул совсем по-старушечьи. Но в ситуации ничего смешного не было, и они оба это отлично понимали.

— Да помочатся боги на голову всех предателей! — Верзила Сун даже плюнул в угол, чтобы подчеркнуть серьезность своего проклятия. — Предатели хуже шелудивых псов на улице, которые заражают всех, кто прикоснется к ним. Кому можно верить? — Он поцокал языком. — Поистине тревожные времена наступили!

— Да, — согласился Джейк. — Всем надо держать ухо востро. Мне вот приходится скрываться от своей родной организации.

— Что?

— Боюсь, что их следующей мишенью буду я.

— Тогда вас надо срочно укрыть от преследования. Я знаю одно место...

Джейк поднял растопыренную ладонь.

— Тысяча благодарностей, почтенный Сун, но в этом нет необходимости.

— Чепуха! Друзья есть друзья. Истинные друзья познаются в беде. Они не выворачивают шубу наизнанку, стоит только ветру переменить направление.

— Без сомнения это так, — сказал Джейк. — Но сейчас я просто не могу позволить себе роскошь отсиживаться в подполье. Есть, однако, другой способ, которым вы можете оказать мне услугу.

Верзила Сун распростер руки. — Все что угодно, мой друг.

— Объясните мне, что делает в Гонконге Ничирен.

В напряженной тишине, последовавшей за этими словами Джейка, Верзила Сун понял, что попал в западню.

— Почему мне об этом может быть известно?

— А потому, — ответил Джейк, захлопывая в западне дверцу, — что Ничирен приезжает сюда, чтобы повидаться с вами.

Верзила Сун даже не разозлился. Чувство, которое он в этот момент испытывал, можно было смело назвать восхищением. Какой истинно китайский ум у этого человека, -подумал он. — Если бы я мог, я бы посылалего своим представителем на самые ответственные переговоры.

—Ничирен встречается в Гонконге с разными людьми. Я только один из многих.

У Джейка не было времени обмениваться с ним ударами по всем правилам фехтовального искусства, но у него не было и выбора. Верзила Сун ни за что не сообщит важной для собеседника информации без того, чтобы не содрать с него побольше. Придется поторговаться. Вещи, которые уступаются задаром, для китайца никакой ценности не представляют.

Проблема теперь заключается в том, чтобы догадаться, что Сун хотел бы получить за свою информацию, и предложить ему нечто менее ценное. Весь вопрос в том, чья заинтересованность окажется выше.