– Я его заполучила! - сказала Зоя с торжеством. Она принялась разматывать шарф, снимать шляпу, варежки, пальто и два свитера.

– Думаю, наша дружба с миссис Эддингтон дала трещину, - заметила Джульетта. - Достаточно скверно и то, что вы купили у нее один пессарий. Она вряд ли сможет понять, зачем вам понадобился второй.

– Почему вы не сказали ей, что он для вас? - спросила Клара.

– Для меня? - Зоя озадаченно захлопала ресницами. - Я ведь замужняя женщина. Возможно, у меня уже есть все, что требуется для брака.

Клара широко раскрыла глаза, продолжая смотреть на нее:

– Никто не знает, что вы замужем, но всем известно, что у вас роман с Томом. Достаточно взглянуть на вас обоих, поэтому не рассказывайте мне сказки о своем браке.

Джульетта переменила позу.

– А почему это у миссис Эддингтон, похоже, нескончаемый запас этих… этих вещей? Это неприлично.

– Миссис Эддингтон очень предусмотрительная женщина. Она предвидела, что в дороге завяжутся романы, поэтому и привезла пессарии на продажу. Она уже заработала на них кругленькую сумму.

– Правда? - спросила Джульетта. - А она назвала имена своих клиенток?

– Миссис Эддингтон гарантирует конфиденциальность.

– Дайте-ка взглянуть, - сказала Клара. - Ага! Точно такой, как я и думала, с розовой ленточкой. - Она принялась развязывать узелок.

– Что вы делаете? - спросила Джульетта хмурясь. - Вам же понадобится ленточка.

Она выглядела напуганной, потому что показала, что знает ее назначение.

– Знаю, но мне не нравится ее цвет. Если уж у меня будет свисать ленточка из… ну, вы знаете откуда, то пусть она будет голубой, от моего первого приза. Сразу будет ясно, что здесь все первоклассное.

Они уставились на нее, потом разразились неудержимым хохотом. Когда приступ миновал и они отдышались, все три уселись на свои кровати, вытирая набежавшие от смеха слезы. И Клара вдруг подумала, что ей будет не хватать этих женщин, когда их долгое путешествие закончится. Она поняла, что станет отчаянно скучать по ним.

***

Медведь позвал ее на следующий вечер. Все, что Клара могла разглядеть в его лице, - это глаза между полями его шляпы и толстым шарфом, закрывавшим рот и нос. То же самое можно было сказать и о ней.

Барретт взял нарты с собачьей упряжкой и сделал нечто похожее на шезлонг. Как только он усадил Клару и укутал в шерстяные одеяла, то крикнул Зое и Джульетте, что доставит ее обратно еще до утра. Потом Медведь направил сани через весь лагерь вдоль берега, петляя по проложенному следу.

Светила луна, и Клара увидела его хижину, как только сани сделали последний поворот. Казалось, она парила в воздухе, потому что стояла на сваях. Окна были освещены, из трубы в черное небо поднимался кудрявый дымок, казавшийся серым на темном фоне. Медведь протоптал дорожку к крыльцу и к сараю, где держзл собак.

– Входите и обогрейтесь, - сказал он, помогая Кларе выбраться из саней. - Я позабочусь о собаках и вернусь через минуту.

Она отворила дверь и оказалась в сводчатом помещении, бывшем, по-видимому, гостиной. Вскоре появился Барретт. Центр комнаты занимал бильярдный стол, вокруг которого стояли обитые кожей стулья. На стенах висели головы животных, по-видимому, охотничьи трофеи - две головы медведей гризли, несколько голов лосей, карибу, пара волчьих голов и голова ощерившейся дикой кошки. Над маленькими столиками было прибито несколько фотографий.