– Нет еще.

Чувствуя, что сердце ее упало, Зоя внимательно изучала лицо Джульетты.

– А в чем дело? Вы скверно себя чувствуете?

– Не знаю, - ответила Джульетта неуверенно.

Клара прислонилась спиной к стене и прикрыла лицо рукой:

– Мне даже думать противно, что придется делить каюту с человеком, страдающим морской болезнью.

Где- то высоко над ними раздались свистки, потом корабль покачнулся, их тряхнуло, и пол выскользнул у них из-под ног. Джульетта уцепилась за край своей полки:

– Я никогда прежде не плавала на корабле.

Оказалось, что ни одна из них прежде не плавала.

– Не вздумайте поддаться морской болезни! - зашипела Зоя.

Каюта была такой крохотной и так забита вещами, что запах сока от табачной жвачки, попавшего на их юбки, когда они пробирались на корабль, распространился повсюду. От тепла их тел в каюте стало нестерпимо жарко, так что на лбу у них выступили мелкие капельки пота. А жирный чад от масляной лампы вызывал тошноту.

– Клянусь, Джульетта, если вас вырвет хоть раз, я брошу вас за борт! - пообещала Зоя.

– Я вам помогу, - поддержала ее Клара.

Странное покачивание и скольжение подсказали Зое, что «Аннасетт» дрейфует. Никогда в жизни она не испытывала ничего подобного. Ощущение было странным - будто тело ее потеряло способность ориентироваться в пространстве, а заодно утратило и вес. Плащ, повешенный ею на один из вбитых Кларой гвоздей, мерно раскачивался. Масло в корпусе лампы мягко плескалось о его стенки. Содержимое ее желудка делало то же самое.

На лбу у Зои выступил холодный пот. Отвратительный привкус появился во рту. В глазах ее заметалась паника, когда она услышала свистки во второй раз. Они двинулись с места.

Что- то поднималось наверх из ее желудка. Упав на колени на пол, Зоя принялась лихорадочно шарить между мешками под полкой, отчаянно пытаясь найти ночную посуду. Она нашла ее и тотчас же опорожнила в нее содержимое своего желудка, весь свой завтрак, пока Джульетта и Клара с ужасом наблюдали за ней. У нее еще хватило времени, чтобы испытать чувство унижения до того, как нахлынула новая волна тошноты.

***

Так как Джульетта и Клара были готовы на все, лишь бы не оставаться в каюте, то им пришлось без конца совершать круги по палубе их перегруженного «ковчега». Маслянистый черный дым дул им в лицо, когда ветер менял направление, крошечные капли воды, поднятые ветром, донимали их. Вторым источником раздражения было постоянное внимание мужчин, ничуть их не привлекавших, нудных и скучных, которым было нечего делать, кроме как глазеть на своих спутников и тем более спутниц.

Джульетта остановилась у перил, чтобы не приближаться к толпе мужчин, собравшихся вокруг двоих развлекавшихся кулачным боем в дальнем конце палубы. Как всегда, зеваки предпочитали спорить или даже держать пари об исходе боя, вместо того чтобы разнимать драчунов. Хмурясь, она пыталась представить Жан-Жака, ввязавшегося в подобную потасовку и демонстрирующего столь неподобающее поведение. Для этого он был слишком хорошо воспитан, слишком изыскан и рафинирован.

– У вас опять этот «жан-жаковский» взгляд, - заметила Клара, качая головой.

– Конечно, я думаю о своем муже. А вы нет?

– Стараюсь не думать.

Они устремили взгляды на воду, все еще рябую после утреннего дождя. Море никогда не бывало одинаковым, оно все время менялось, хотя Джульетта ожидала как раз обратного. Вместо этого его цвет и характер волн постоянно менялись. Иногда вода казалась похожей на зеленое стекло. Иногда высокие синие волны плевали в небо пышной пеной. Нередко Джульетта видела дельфинов, стрелой выпрыгивавших из воды и пробивавших морскую гладь, как большие серые иглы, тянувшие за собой невидимую нить.