– Отнюдь нет.

Но Зоя видела, как углы его губ изогнулись в улыбке. Он обернулся к Кларе:

– Разве заметно, что я смеюсь над ней?

– Нет, это я потешаюсь. - Глаза Зои превратились в щелочки, видные выше шарфа, обмотанного вокруг ее шеи и рта. - Мы выглядим как пингвины в нашей неуклюжей одежде. А что вы знаете о пингвинах?

– Мы в плохом настроении, верно? - спросил Том, поднимая бровь. Он отодвинул шарф, и она увидела его улыбку.

– Мне то слишком холодно, то слишком жарко. Я целую неделю проторчала в палатке как узница. Джульетта сводит меня с ума. Мы все начинаем походить друг на друга. У нас нет никаких упражнений, никаких развлечений. И меня просто тошнит от «аляскинской земляники» и пончиков. Мне хочется вопить из-за этой однообразной пищи.

«Аляскинской земляникой» называли розоватые, наполовину сваренные бобы, насчет которых острили все в лагере, когда уже не было сил жаловаться. Ни у кого не хватало энергии готовить что-нибудь другое, даже если и удавалось найти нечто более привлекательное в промерзших насквозь ящиках и коробках.

– Когда нам удастся двинуться отсюда дальше?

По крайней мере человек сто уже повернули обратно. Возможно, они и не сделали бы этого, если бы зима уже не вступила в свои права и не зашла так далеко, если бы они имели возможность переплыть озера и спуститься вниз по реке или по рекам, сколько бы их ни встретилось на пути. Но слишком низкая температура и долгие переходы по льду расхолаживали их. Зоя с завистью в сердце наблюдала их отступление.

– Сегодня не много желающих попасть в Доусон. - Том шел с ней рядом, стараясь приноровиться к ее походке. - Наша группа может двинуться дальше завтра утром.

– Прекрасно.

Когда они добрались до берега озера, Том остановился и откинул подбитый мехом капюшон своей куртки.

– На прошлой неделе это ведь ты начала потасовку, - сказал он, качая головой и улыбаясь. - Никогда не видел ничего подобного.

Зоя закрыла глаза и сжалась.

– Я горжусь тобой, Зоя. - Том стоял рядом с ней, засунув руки в карманы куртки, и смотрел на нее с нежностью. - Если бы ты не дала по морде этому Джеку Хорвату первая, это сделал бы я.

Зоя отвернулась, стараясь не смотреть на Тома.

– А я стыжусь себя, - сказала она тихо. Как могла она стать совершеннее и лучше, если не умела управлять собой и тем кусочком Ньюкасла, что все еще жил в ней?

Том взял ее за плечи и повернул лицом к себе.

– Нет никакой причины стыдиться того, что ты защитила подругу.

– Леди не вступают в кулачные бои.

– И тебя это волнует? - Его пальцы крепче сжали плечи Зои. - Здесь живут по иным правилам, Зоя. Если ты не боец, то не выживешь на Юконе. И даже можешь погибнуть. Такие качества, как твердость и верность, здесь ценятся очень высоко.

– Так ты меня представляешь такой? - спросила Зоя, напуганная до безумия. - Такой жесткой?

– Можешь в этом не сомневаться. Ты достаточно сильна и тверда, чтобы получить то, что хочешь. Требуются большая сила воли и твердость, чтобы преуспеть в таком большом городе, как Сиэтл, а ты это сумела. Но еще больше твердости требуется, чтобы преуспеть в таком месте, как Доусон, и вынести все, что сулит жизнь в подобном месте.

***

От этой похвалы Зоя почувствовала себя чуть лучше, но когда она осознала, что он похвалил ее за не подобающие леди действия, то совсем пала духом. Не было ничего достойного восхищения в том, что она учинила драку.

Том продолжал ей улыбаться.

– Ты и Клара становитесь местными знаменитостями. Здесь, на трассе, нет ни одного мужчины, который бы хотел оказаться у вас на дороге.