- Вот мы с Василием и подумали, - рассказывал рыбак дежурному районной милиции, - что этого парня не иначе как с самолета к нам скинули. С парашютом, значит. А то как бы он, такой чистенький, к нам добрался. Может, трахнулся обо что, вгорячах не заметил, а потом уже сознание потерял. Одет-то не по-летному - брючки, рубашечка. Сомнительно нам стало… Значит, его Василий сейчас там на мушке пока держит, вдруг очнется. А я в лодку, и к вам.

Катер рыбнадзора быстро доставил милиционера к рыбакам.

Незнакомец продолжал спать. В кармане его куртки нашли удостоверение шофера-любителя…

Пока Васенков попал в свою больницу, его несколько раз переносили на руках, из рыбацкой избушки в катер, затем на машину, на самолет, опять на машину - он так и не проснулся.

Аню в больницу пригласил врач.

Васенков пришел в себя сразу, как только она назвала его по имени.

Его история поначалу весьма заинтересовала следователя. Потом выяснилось, что объяснить все случившееся похищением, с целью выведать у Васенкова какие-либо государственные тайны, не было оснований. Он не имел отношения ни к секретным изобретениям, ни к другим подобным делам. Васенков пытался помочь следователю, как мог. Но последнее, что он помнил, это двое мужчин в светлых костюмах довоенного покроя. Старомодность костюмов сбивала с толку, а других подробностей Васенков не помнил.

Вероятно, и поныне в архиве следственного отдела лежит тоненькая папка с кратким пересказом случившегося и заключением следователя, что дело прекращено за отсутствием каких-либо дополнительных материалов…

12

…На чешуйчатом потолке медленно погасло темнозеленое зарево. Багровые мятущиеся сполохи побежали по стенам. Комнату затопил розовый дрожащий туман. Багровые вспышки становились все резче и резче, нестерпимо-томительное беспокойство овладело сознанием.

Тонкая белая фигура прошла через стену и присела рядом с ним на ложе.

- Аня!

Огромные неземные глаза заглянули в лицо. И тогда он откинулся назад и сказал: нет! нет!..

- Васенков!

Он проснулся.

Через шторы на окнах в комнату проникал слабый свет начинающегося утра. Аня трясла его за плечо.

- Хм… Ты что? - стряхивая сон, спросил Васенков.

- Напугал меня. Говорил что-то во сне.

- Говорил… Что говорил?

- Не поняла. Будто звал кого-то.

Васенков сильно потер лицо. Внимательно осмотрел потолок. Он сам не знал, зачем ему понадобился потолок. Потом повернулся к Ане.

- Приснилось что-то… А ты чего поднялась? Рано еще, спи… жена.

Он запнулся на непривычном пока слове.

- Я уже выспалась. Я так полежу.

Аня свернулась клубочком у него под боком. В комнате было тепло и тихо. Далеко на проспекте прогудела машина. Забормотало радио на кухне, передавая последние известия. Васенков прислушался. Протянул руку, включил самодельный транзистор на тумбочке у кровати.

- …совершила мягкую посадку на Венеру… - сказал приемник, хрипнул и замолк.

- Вот, черт!

Васенков взял транзистор в руки, нетерпеливо постучал по нему пальцами.

- …при спуске станция передала сведения… давление… кислорода… углекислоты… температура…

Не выпуская приемника из рук и временами поколачивая его, Васенков и Аня дослушали сообщение.

- Значит, необитаемая, - сказала Аня.

- Выходит, так…

- Жаль. Мечту жаль… А может, все же кто-нибудь живет там, а?

- Органической жизни, как видно, нет. Температура высокая. Можно в порядке фантазии предположить существование разумной жизни на другой основе. Не углеводородный белковый, а, скажем, кремниевый мир.