– Меня слегка задела шпага, – беззаботно сказал он, – но это не смертельно. Иначе я не смог бы сюда добраться. Кстати, я очень рад познакомиться с вами, дорогая невестка. Охотно расцеловал бы вас, если бы чувствовал себя получше.

– Не смейте даже думать об этом. Просто дайте мне уложить вас в постель и послать за королевским лекарем. Вы бледны, как полотно, – строго сказала Кори, подставляя ему свое плечо. Даниэль встал с другой стороны, чтобы было сподручнее вести раненого. – А пока вы выздоравливаете, я буду заботиться о вас. Как вы вообще могли позволить проткнуть себя шпагой, Джонатан Кавендиш, когда ваша жена вот-вот родит?

– Ты должна предоставить это мне, – мягко сказал Мэтью, оттесняя Кори и занимая ее место около брата. – Так куда нам идти?

– В тот большой дом на площади. – Кори указала на дом с палисадником, полным цветов. – Мэр был рад предоставить нам кров. У меня готова для вас еда, горячая ванна и чистые постели. Пойдемте, Джонатан, вам все это полагается в первую очередь.

Джонатан улыбнулся, оценив дружеское участие невестки.

– Я сделаю все, что вам угодно, – сказал он, – если сначала вы позволите мне отдохнуть на одной из этих чистых постелей.

– Ну конечно! – воскликнула Кори. – Вы, должно быть, совсем без сил. – Взволнованная, она взяла Кэрью под руку и увела в дом.

По ее указанию слуги тотчас же бросились помогать Джонатану.

– Отец был великолепен. Он прекрасный фехтовальщик! – с восторгом заметил Кэрью, следуя за ней.

– А ты прекрасный помощник в бою, Кэрью, – тут же отозвался Мэтью, идущий чуть позади. Он проследил, чтобы Джонатана увели в спальню и послали за врачом. – Я был просто потрясен, когда ты сказал, что вытер яд с дротика, предназначавшегося мне. Я уже приготовился умереть. – Он нежно положил руку на плечо сына. – Ты спас нас сегодня, и не один раз.

Кори глядела на них, широко раскрыв глаза от удивления.

– Так тебя ранили отравленным дротиком? И ты думал, что умираешь, когда выводил из города брата и Кэрью?

– Да. Но я не умер, как видишь. А узнал об этом только от Кэрью. – Мэтью обнял сына и прижал его к себе. – Я люблю тебя, Кэрью, – произнес он с чувством.

– Я тоже люблю тебя, отец, – ответил Кэрью слегка дрогнувшим голосом. – Теперь я знаю, что ты любишь меня достаточно, чтобы умереть за меня. Надеюсь, ты не сомневаешься, что я сделал бы для тебя то же самое.

– Я больше никогда от тебя не уеду, клянусь! – Их взгляды встретились, и Кори видела, как любовь и понимание согревают сердца отца и сына. Ей даже показалось, что она чувствует это тепло.

Но при этом неожиданная боль кольнула сердце. Мэтью наконец обрел сына, осознал свою любовь к нему. Ей же оставалось только надеяться, что когда-нибудь в его сердце найдется место и для нее.

* * *

К тому времени, когда врач, осмотрев пациента, сообщил Кори, что рана Джонатана неопасна, а сам пациент поел и заснул, Кэрью, Мэтью и Хью уже успели съесть приготовленный ею обед. Уставшая до предела, Кори стояла в дверях столовой, не в силах отвести влюбленного взгляда от своего мужа. Почувствовав ее присутствие, Мэтью поднял глаза. Сразу же извинившись перед остальными, он встал из-за стола и, ни слова не говоря, повел жену в отведенную им комнату.

Здесь Мэтью с силой прижал Кори к себе, осыпая поцелуями. Внезапно она расплакалась, чувствуя, что не может больше сдерживаться.

– В чем дело? – ласково спросил Мэтью.