– Тогда какого дьявола ты говоришь, что ему нужна виконтесса Вентворт? И прекрати наконец каждый раз просить у меня прощения! Пусть у меня скверный характер, но я ведь не кусаюсь! Во всяком случае, тебе это не грозит. – Мэтью уперся локтями в стол и обхватил руками разболевшуюся голову. Пытаясь таким образом извиниться перед Хью, которому он был обязан тем, что стал настоящим морским волком. Благодаря настойчивости Хью они догнали тогда Дрейка и его команду в Панаме. Имея письмо к Дрейку от зятя Мэтью, графа Уинфорда, они были приняты на корабль все трое: Мэтью, его младший брат Чарльз и Хью.

Путешествие вдоль западного берега Америки, затем через Тихий океан до Дальнего Востока было незабываемым. Более двух лет он провел бок о бок с Дрейком. В Японии они сражались с пиратами, а после победы пировали, как короли, захватив богатые трофеи. На экзотическом Востоке они любовались роскошной природой тропиков, но там же их подстерегали болезни и бедствия, унесшие жизни половины их команды. Несмотря на все тяготы странствий, Мэтью считал их замечательным опытом для мужчины.

В свою очередь, он заботился о Хью, когда тот потерял ногу, чтобы помочь ему вновь обрести смысл жизни. Они слишком многое пережили вместе, поэтому теперь вполне могли говорить друг с другом начистоту.

Хью наклонился, чтобы поставить табурет поудобнее.

– Мне кажется, вам нужно жениться еще раз, сэр. Виконтесса Вентворт будет для Кэрью прекрасной матерью.

– Ты спятил! – Мэтью смотрел на него в изумлении. – Вот уж не ожидал услышать от тебя такое!

– Я беспокоюсь о мастере Кэрью. Я слышал кое-что при дворе.

К черту придворные сплетни!

– Так, значит, я должен жениться ради сына! – прорычал Мэтью. Он бросил Хью подушку, которую тот подложил под деревяшку. – А потом я могу спокойно отправиться в следующее путешествие, оставляя на берегу уже не одного человека, а двоих.

Хью бросил на него задумчивый взгляд:

– Или вы вообще не отплывете.

Мэтью нахмурился:

– Ты же ненавидишь английскую зиму не меньше, чем я. У тебя разболится нога.

– Это уж точно, – признал Хью. – И все же, если вы попросите, виконтесса, пожалуй, может согласиться. Насколько я понял, ее свекор держит ее на голодном пайке, не позволяя распоряжаться даже своими собственными средствами. Вы могли бы ей помочь, а она помогла бы Кэрью.

Мэтью просто поверить не мог, что слышит подобное от Хью, который должен был лучше всех понимать, что никто не может занять в его сердце и жизни место Джоанны.

– И что я получу? Женщину, которая любит Эссекса и, наверное, пускает его в свою постель?

– Я думал, что она вдова, которая никогда не была по-настоящему женой, – с удивлением сказал Хью.

Мэтью вспомнил разговор с фрейлиной.

– Откуда ты это взял? – спросил он.

– Я же говорю, что слышал кое-что, – воинственно подбоченясь, сказал Хью. – Я, может быть, и одноногий, но отнюдь не глухой.

– Ты успеваешь больше, чем многие двуногие. Тебе удалось увидеться с твоей возлюбленной? – поддразнил его Мэтью, желая сменить тему.

– Да. Я навестил Сюзанну, и она хорошо меня встретила, – произнес Хью с большим достоинством. Речь шла о служанке, с которой он познакомился при дворе два года назад. – Но я хочу сказать о другом. Эссекс, возможно, и не был близок с виконтессой. Она ведь хоть и вдова, но девственница.

– Интересно, как же ей удалось остаться девственницей при таком-то муже? – резко спросил Мэтью. – Он и в самые юные годы имел репутацию ловеласа. У него есть даже внебрачные дети.