У кровати, склонившись низко над Мэри и держа ее за руку, сидел Доналд. Увидев на этой исхудавшей, почти прозрачной руке темные пятна, Рина содрогнулась.

Она чувствовала, что Кил стоит прямо у нее за спиной. Поддержи меня! — молча взмолилась она. Побудь рядом хоть минуту, и тогда мне достанет сил помочь Доналду. Но Кил ее не услышал. После секундного колебания Рина шагнула вперед, словно сама оборвав связывающие их нити.

— Доналд, — она положила ему руки на плечи, — это Рина. Я пришла и останусь здесь, а вы ступайте к себе, умойтесь и хоть немного поспите. Я никуда не отлучусь, даю слово.

Доналд медленно поднял голову. На мгновение в его потускневших глазах появилось осмысленное выражение.

— Рина, — пробормотал он, и протянул к ней свободную руку. У нее сердце закололо от жалости к этому человеку. Щеки, обычно выбритые до синевы, покрылись густой щетиной. Он выглядел на все свои сорок лет — и даже старше.

— Доналд, — настойчиво повторила Рина, — право, ей не полегчает, если вы будете сидеть здесь как пришпиленный. Лучше перекусите чего-нибудь, примите хороший душ да поспите.

Он устало кивнул:

— А вы никуда не уйдете?

— Ни на секунду не отлучусь. Даже в туалет не выйду, разве что Кил на это время меня заменит. Обещаю.

Доналд снова кивнул, но в покрасневших его глазах затаилась глубокая боль.

— Знаете, у нее самый тяжелый случай. Ну почему именно с ней это должно было случиться? Она ведь так молода. Лучше бы уж со мной, мне все-таки сорок, а ей едва двадцать пять исполнилось.

Рина тяжело вздохнула. Она прекрасно понимала Доналда — сама прошла через то же самое, когда лишилась детей.

— Доналд, она выкарабкается. А вы поднимайтесь и перестаньте ныть. Возьмите себя в руки — хотя бы ради нее!

Доналд внезапно метнул на нее яростный взгляд, но тут же улыбнулся:

— Извините, Ри. Уж перед вами-то плакаться совсем негоже… Вы правы. Иду. Посплю несколько часов и вернусь.

Он поднялся и слегка коснулся губами ее лба. Совершенно забыв про Кила, Рина вдруг затылком почувствовала, что он не сводит с нее глаз. Она обернулась — и правда смотрит, напряженно и как-то непонятно, не разберешь, то ли одобряет, то ли осуждает. Просто стоит и смотрит — как чужой.

— Пошли, Доналд, — начал он, но не успели они и шага сделать, как в зал вбежала сестра:

— Конгрессмен, вас срочно вызывают в радиорубку. На проводе Белый дом.

— Пошли, Кил, — сказал Доналд, — провожу вас на палубу.

Кил двинулся к выходу, даже не взглянув на Рину. Посмотрев ему вслед — казалось, фуфайка вот-вот лопнет на мощных плечах, — Рина опустилась на стул, где только что сидел Доналд, и посмотрела на Мэри. В сердце и на душе у нее возникла гулкая пустота.

— Миссис Коллинз? — окликнула ее симпатичная сестра.

— Да?

— Вы окажете нам неоценимую помощь, если проследите, чтобы эти салфетки все время были холодными. И прикладывайте их ей ко лбу. Она под капельницей, — сестра указала на трубку, прикрепленную к правой руке Мэри, — но если попросит воды, дайте немного.

— Разумеется. — Рина немного помолчала. — А как… как остальные?

Сестра улыбнулась:

— Ничего страшного — легкие случаи. Мы поспели вовремя. Только вот брат этой девушки, как его, Джейсон, кажется? — Сестра вопросительно посмотрела на Рину и, дождавшись кивка, продолжала: — Он нас прямо достал, не хочет отходить от сестры, и все тут.