Горлас подмигнул Муриллио и сказал: — Что же, мы готовы подождать.

Мастер потрусил вниз по тропе, в яму, чтобы лично передать десятникам новость. После долгого дня в шахтах поединок их развлечет.

Едва мастер скрылся сглаз, Горлас ухмыльнулся: — Ну, есть ли нам чем подколоть друг дружку, пока нет свидетелей?

— Спасибо за приглашение, — сказал Муриллио, подтягивая ремешок перчатки. — Турбан Орр не заслужил достойной смерти. Ханут ваш друг? Скажите, вам нравится спать среди змей или вы просто дурак?

— Если это попытка вывести меня из себя, то жалкая. Думаете, я не знаю всех трюков дуэли? Боги подлые, старик. Да, я рад вашему признанию — Ханут придет в восторг, узнав, что его подозрения были точны. Что важнее, он сочтет себя мне обязанным. — Тут он склонил голову набок. — Разумеется, долг будет больше, если я доставлю вас живым. Поединок до ранения. Оставим вашу участь на усмотрение Ханута. Да, это было бы идеально. Итак, Муриллио, поединок до ранения?

— Как желаете.

— Вам сапоги жмут?

— Нет.

— Кажется, вам нехорошо, Муриллио. Или это нервы?

В яме зазвенели колокола. Далекие крики; из штреков потекли массы перепачканных работников — на таком расстоянии они едва походили на человеческие существа. Вестники побежали вдоль колонн, передавая новость.

— Этот Харлло был твоим голубком, что ли?

Муриллио глянул на Горласа Видикаса: — Вы вроде взяли в жены дочь Эстрейсиана Д’Арле? В последнее время она сделала себя… популярной, не так ли? Увы, я начал понимать, почему — вы ведь не вполне мужчина, правда, Горлас?

При всей своей недавней браваде советник побледнел даже в тусклом закатном свете.

— Ужасно, не правда ли, — продолжал Муриллио, — как любая мерзкая подробность, сколь угодно личная и тайная, покидает огороженный мир знати и несется крылатым семенем к нам, простым людям, нам, низкорожденным. Что же стряслось с чувством чести?

Рапира вырвалась из убежища ножен, острие указало на Муриллио. — Вытаскивай оружие, старикан.

Крут из Тальента вошел в комнату. Увидел, что Раллик Ном стоит у окна, хотя окно закрыто. С равным успехом мог бы смотреть в стену. Ох, странный он стал, еще страннее, чем был раньше. Все это молчание, все это чувство чего-то… совсем неправильного. У него в голове? Может быть. Что за тревожащая мысль: Раллик Ном может быть неправ.

— Все верно, — начал Крут, опуская на стол джутовый мешок с провизией. — Старый контракт прекращен, принят новый. Пахнет отчаянием, не так ли? Боги, Себа даже меня назад призвал. От такого приглашения не откажется ни одни человек в здравом уме. — Он помедлил, вглядываясь в друга. — Так что теперь ты редко когда сможешь меня видеть. По тому, что я разузнал, новое дело будет простым, но в нем прольется аристократическая кровь.

— Неужели? — без выражения сказал Раллик.

— Слушай, — пискнул Крут, выдав все свое напряжение, — я же не мог сказать нет, правда? Удобно жить на твои денежки, но у мужчины должна быть гордость. Я получил шанс прыгнуть в самую гущу событий. Получил шанс войти в Гильдию. Раллик, я должен согласиться. Понимаешь?

— Для тебя это так важно, Крут?

Крут кивнул.

— Тогда… мне лучше будет тебя покинуть.

— Прости… реальная жизнь полна… какое там слово?

— Компромиссов.

— Точно. Вот если бы ты сместил Себу, мы не попали бы в такую ситуацию, это верно. Слишком трудно ждать и ждать.

— Не было плана смещения Себы Крафара, — заявил Раллик.