— Привет, Селимус! Какая неожиданная встреча!

— Ты?! — взревел король, не веря собственным глазам, и вдруг громко расхохотался, удивив этим даже хорошо знавшего его Джессома.

— В чем дело, ваше величество? — с недоумением спросила Валентина. — Может быть, скажете, что так сильно вас рассмешило?

— О, Валентина, мое бедное, неразумное дитя, — промолвил Селимус, вытирая слезы, выступившие у него на глазах от смеха. — Оказывается, Рыцарь Королевы, защищающий вашу жизнь, честь и корону, есть тот самый презренный наемник, который не так давно убил вашего отца.

— Не смейте примешивать сюда моего отца! — воскликнула королева.

— Я хочу спасти вас, моя наивная крошка. Этого человека зовут Ромен Корелди. Он предлагал мне свои услуги, заявляя, что может за деньги убить вашего отца, а также генерала Уила Тирска. Расправившись с ними по своей инициативе, негодяй притащил тело генерала в Моргравию как доказательство своего злодеяния.

— Лживая, изворотливая змея! — бросил Уил в лицо королю.

Видя, какое впечатление произвели на Валентину слова Селимуса, он испугался, что она поверит ему.

— Я говорю чистую правду, ваше величество, — продолжал король. — Он стал требовать у меня денег, бахвалясь тем, что расчистил путь моргравийской армии, которая, по его словам, теперь с легкостью захватит слабый Бриавель.

— Я убью тебя… — процедил сквозь зубы Уил.

Но что он мог сделать? Селимус снова почувствовал уверенность, и на его лице заиграла самодовольная улыбка.

— Это вымогатель, Валентина. Я, конечно, прогнал его, предупредив, что если он снова появится на моргравийской земле, его повесят или четвертуют. Жаль, что генерал Тирск, отправляясь по моему заданию в Бриавель, назначил этого человека командиром отряда. Вы, наверное, слышали, что у меня с Тирском были кое-какие разногласия. Но к тому времени мы уже уладили свои отношения. Сами подумайте, ваше величество, смог бы я дать Тирску столь деликатное поручение, если бы не доверял ему? Человек, которого вы называете Рыцарем Королевы, предал Тирска, предал интересы Моргравии, а сегодня он предал и вас, Валентина. Он заслужил смерть! Казните его!

Слушая Селимуса, Валентина чувствовала, как в ее душе закипает гнев. Она не верила ни единому слову короля. Стараясь сдержать обуревавшие ее эмоции, женщина сжала кулаки и в упор посмотрела на Селимуса.

— Раз уж мы заговорили на эту тему, Селимус, то скажу откровенно, я считаю, что это вы приказали убить генерала Тирска, — промолвила она.

Уил пожалел о том, что рядом с ними нет солдат моргравийской армии.

— Я вижу, вы прекрасно осведомлены, ваше величество, — сказал Селимус. — Однако уверен, вы не знаете, что генерал хотел развязать войну с Бриавелем.

— Что?! — воскликнули в один голос Валентина и Уил.

— Да, ваше величество, — продолжал Селимус. — Уил Тирск был ненадежным человеком. И мой отец хорошо об этом знал. Он предупреждал меня, чтобы я не доверял Уилу, но я любил его, несмотря на все наши разногласия. Ведь мы выросли вместе.

Уил хотел возразить, но Валентина не желала слушать его. Повернувшись к стражникам, она приказала увести арестованного, посалить под замок и не спускать с него глаз.

— Мы продолжим разговор в моем шатре, — сказала она Селимусу и, повернувшись, двинулась прочь с арены.

Селимус, кипя от негодования, последовал за ней в сопровождении верного Джессома.

В шатре было тихо и прохладно. Королевским особам подали закуски и напитки.