Илена отогнала мысли о сластолюбивом принце и, вдохнув аромат цветков апельсинового дерева, взглянула на своего возлюбленного.

— Ты прекрасно выглядишь сегодня, — сказала она Элиду, поправляя воротник его рубашки. — Настоящий воин, мужественный и отважный.

Элид поморщился.

— Ты, как всегда, преувеличиваешь. — Он привлек к себе Илену и страстно поцеловал ее. — Будем надеяться, что твой брат одолеет принца.

— И это избавит нас от необходимости… — начала было девушка, но Элид запечатал ей рот поцелуем.

— Не будем говорить об этом. Мне надо идти, любовь моя, иначе я рискую навлечь на себя гнев нашего вспыльчивого, скорого на расправу рыжего генерала.

Илена засмеялась, но в ее глазах отражалось беспокойство. Элида тоже не покидало тревожное чувство.

— Не вешай нос! — сказал он. — Ты должна быть мужественной, как все Тирски!

— Мужество наших предков унаследовал Уил, а я, к своему стыду, совершенно лишена этого качества, — вздохнув, промолвила Илена.

— Мы с твоим братом поклялись защищать тебя, так что бояться нечего.

— Знаю, но меня все равно бьет дрожь.

Элид взял ее за подбородок и заглянул в глаза.

— Я люблю тебя, Илена. Ты должна доверять мне, ну и конечно, верить в то, что все пройдет так, как задумал Уил. Мы спасем тебя.

Она кивнула, надеясь, что Элид уйдет и не увидит ее слез, которые уже готовы были навернуться на глаза.

Как только жених удалился, Илена приняла еще одну меру предосторожности, послав пажа со срочным поручением к Орто, секретарю короля, а затем приказала служанке принести ей перчатки для стрельбы из лука.

* * *

Утренние состязания прошли гладко. Публика от души веселилась, глядя, как молодые люди из знатных семей во время поединков смешно падают в грязь и пыль под ударами соперников. В этот день в столицу приехало народа больше, чем ожидалось. Магнус, по совету Орто, проявил щедрость, приказав бесплатно угощать жителей и гостей Перлиса элем и жареным мясом. На площади выставили несколько дюжин бочонков крепкого пива и развели костры, на которых зажарили несколько быков. Пекари усердно готовились к празднику, зная, что недостатка в покупателях не будет. В воздухе, возбуждая аппетит у прохожих, витали дразнящие ароматы жареного мяса и свежеиспеченного хлеба.

В полдень объявили перерыв в состязаниях, и начался пир. Разносчики шныряли между палатками, предлагая еду, напитки и всякие мелочи. Торговля шла бойко, и кошельки знати быстро пустели. Особенной популярностью пользовалось пиво.

Простой народ развлекали шуты. Один из них смешил толпу своим деревенским говором, предлагая на продажу какой-то волшебный бальзам, который якобы избавлял от любой боли. Его ручной попугай веселил зевак, обзывая разными словами своего хозяина. Неподалеку от шута выступал «человек-змея». Глядя на него, зрители визжали от ужаса и восторга и бросали ему на ковер монеты. Дети толпились вокруг ларька со сластями — сахарной ватой, ирисками со вкусом яблок, карамелью, шербетом и фигурными разноцветными леденцами на палочке, которые можно неторопливо сосать целый день. Несколько женщин продавали вязаные одеяла, плетеные корзины и циновки — образцы своего рукоделия. И, конечно же, повсюду устраивались аттракционы — веселые состязания и конкурсы. Участники одного из них соревновались в меткости броска, кидая мокрые скомканные тряпки в добровольца, вызвавшегося за небольшую плату стать мишенью. Тот, кто три раза кряду попадал в цель, получал банку меда. В другом месте силачи на скорость рубили бревно.