Изменить размер шрифта - +
Он почувствовал, что поступил правильно, отправившись сюда. Если ему суждено погибнуть на этой бессмысленной жестокой войне, лучше уж найти смерть в своем родном Виксберге.

Когда совсем стемнело, к бригаде Хантера присоединились свежие войска Конфедерации из Уоррентона. На улицах города женщины радостно приветствовали солдат. Потрепанные в боях отряды Пембертона продолжали стекаться в Виксберг, отброшенные волной наступающих янки, и занимать позиции в окопах и за брустверами.

Пока большинство дам дарили все свое внимание и улыбки свежим отрядам, бодро марширующим по улицам, Хантер заметил, что одна сердобольная леди ходит между усталыми, подавленными солдатами, предлагая им прохладительные напитки, время от времени останавливаясь, чтобы похлопать кого-то по плечу или подбодрить добрым словом. Силуэт женщины показался Хантеру знакомым, и когда он подъехал ближе, то узнал ее. Спешившись, он окликнул ее:

– Миссис Бост!

Женщина расплылась в радостной улыбке.

– Святые угодники! – воскликнула она и побежала к нему, все еще держа в руках кувшин с водой. – Хантер, дорогой! – Женщина бросилась к Хантеру и обняла его. – Глазам не верю, неужели это вправду ты!

– Да, миссис Бост, это я. – Хантер тоже улыбался. – И я очень рад вас видеть.

Женщина снова повторяла его имя, и в ее голосе звучали одновременно и смех, и слезы. Хантер и сам рад был обнять женщину, которую знал и любил с детства. Наконец она немного отстранилась.

– Дай-ка разглядеть тебя получше! – Она нежно потрепала Хантера пухлой рукой по щеке. – Какой же ты все-таки красивый, сынок! Как поживаешь? Что-то ты похудел, Хантер, ты хорошо питаешься? Послушай, что ты делаешь в Виксберге? В городе небезопасно, тебе не следовало здесь появляться. Ты разве не знаешь, что янки того и гляди войдут в город?

Хантер рассмеялся:

– Знаю. Если кому не следует здесь находиться, так это вам. Миссис Бост, почему вы не уехали?

– Послушай, Хантер, неужели ты думаешь, что я позволю каким-то янки выгнать меня из дома? – Миссис Бост улыбнулась, вытирая слезы уголком передника. – Нет уж, я живу здесь с тех пор, как вышла замуж, и никакие синемундирники не будут спать на моей пуховой перине! Мальчик мой, почему бы тебе не поехать со мной? Я соображу тебе что-нибудь перекусить, небось ты умираешь с голоду.

– Я бы с удовольствием, но мне нужно передать послание генералу Пембертону. А как там наш бывший дом, миссис Бост?

– О-о, он стоит заколоченный. Семейство, которое его купило, несколько месяцев назад покинуло город. Но не волнуйся, сынок, о могилах твоих родителей я сама забочусь.

– Спасибо, мэм, вы очень добры. Мне бы хотелось побывать на их могилах, может, у меня еще будет время. А сейчас я должен идти. Благослови вас Господь.

Женщина еще раз крепко обняла его.

– Береги себя, сынок, не дай проклятым янки тебя подстрелить! Обещай, что навестишь меня, если будет возможность.

– Обязательно навещу, миссис Бост.

На прощание поцеловав женщину в щеку, Хантер вскочил на коня. Рейчел Бост махала ему рукой, пока он не скрылся из виду.

Вечером Хантер предстал перед Джоном Пембертоном. Сорокавосьмилетний генерал – высокий, худощавый брюнет с карими глазами и аккуратной бородкой – происходил из аристократической семьи с восточного побережья, но, несмотря на то что был северянином по рождению, принял сторону южан. Как и генерал Джонстон, он был в безукоризненно сшитом и отглаженном мундире. Повернувшись к вошедшему полковнику, генерал встал:

– Слушаю вас, полковник.

– Сэр, меня зовут Хантер Александер, я только что прибыл из батальона генерала Джо Джонстона, мы стоим под Джэксоном.

Быстрый переход