Эх, лучше бы он растрепал ее прическу, чем выдал такую фразу. Пенелопа взглянула на него так, словно Рэйф только что сказал ребенку, что Санта-Клауса не существует.

– Я в это верю, – заявила она.

Похоже, так и есть. В ее глазах читалась фанатичная вера, что эти клятвы действительно важны. Рэйф не мог отвести от собеседницы взгляд и даже наклонился к ней чуть ниже.

– Почему? – тихо спросил он.

Понимая, что она и Рэйф слишком долго смотрят друг на друга, Пенелопа все же была не в силах отвести взгляд.

Казалось, этот мужчина словно обнимает ее. Нет, даже не так. Это ощущение было немного другим: словно он прикасался к чему-то в самой глубине ее души. Как будто разглядел там что-то тайное, скрытое от всех, и заставил почувствовать себя уязвимой. Никто никогда не смотрел так на Пенелопу.

И этот человек хотел знать, почему она верит в то, на что у него, разумеется, нет времени. В брак. Неужели он не понимает, что ей необходима эта вера?

Между тем в беседке подошел к концу обмен клятвами. Судя по раздавшимся аплодисментам и пронзительному свисту, новобрачные поцеловались. Краем глаза Пенелопа заметила вспышки фотоаппаратов, но по-прежнему не отводила взгляда от Рэйфа.

– Все дело в обещаниях, а не в платье, цветах или даже фейерверках, – тихо сказала она и добавила, заметив, что он поднял бровь: Я не имела в виду, что остальное не важно. Но главное, для чего играют свадьбы, – люди отмечают обмен обещаниями.

Пенелопа сделала вдох и подумала, что уже достаточно наговорила. К тому же пора проверить, есть ли у фотографов все необходимое, чтобы приступить к съемке новобрачных. А еще нужно выяснить, готов ли Джек подать гостям закуски и вино.

– Я так хочу поскорее увидеть фейерверк, – произнесла Пенелопа, улыбнувшись. – Знаю, он будет просто сказочным.

– Это точно, – кивнул Рэйф. – Я позабочусь, чтобы вы увидели его с самого выгодного ракурса. Можно?

– А разве вы не будете заняты, нажимая всякие кнопки, чтобы управлять фейерверком?

– Вообще-то мне нужно будет всего лишь нажать одну клавишу на своем ноутбуке, остальное сделает автоматика.

– Все готово для салюта?

– Да, мэм. – Рэйф прикоснулся кончиками пальцев к полям шляпы. – До начала шоу мы еще раз все перепроверим.

– Отлично. Спасибо вам большое.

Пенелопа заметила, что гости начали вставать со стульев, готовясь осыпать блестящими звездочками конфетти жениха и невесту, когда те пойдут по проходу. Она сделала шаг по направлению к беседке, но остановилась, услышав, как Рэйф тихо спросил:

– Эти обещания, в которые вы верите, что они дают?

В изумлении Пенелопа повернула голову и ответила:

– Уверенность. Спокойствие. Защищенность. Семью, в которой вы всегда будете любимы.

Теперь в его глазах, казалось, мелькнула печаль.

– Тогда вы – счастливый человек.

– Потому что я верю в брак?

– Потому что вы знаете, что это такое – иметь семью. Родителей.

Неужели у него в жизни этого не было? Сердце Пенелопы сжалось. Ей было понятно желание иметь семью, где тебя любят. Может, ее жизнь со стороны и выглядит идеальной, но ей захотелось объяснить Рэйфу, что она его понимает. Что у них есть нечто общее, что связывает далеко не всех людей. Пусть она и мистер Эдвардс не похожи друг на друга, но они – словно две стороны одной монеты.

– Я не знаю своих родителей. Моя мать бросила меня, когда я была маленькой, а после она умерла. Я понятия не имею, кто мой отец.