– Так будет только лучше, потому что я превращусь в одного из тех сексуально озабоченных старичков, которые бегают за толстощекими старушками.

– Я серьезно говорю. – Мин улыбнулась.

– Я тоже. Думаешь, меня волнует твой вес? Эх, женщина, ты называла меня зверем, волком, дьяволом и мерзким соблазнителем, твоя лучшая подруга три раза поколотила меня…

– А ты мне в глаз заехал, – перебила Мин.

– …и все же я с тобой. И не надейся, что я сбегу, если ты растолстеешь, тебе не удастся избавиться от меня таким способом.

– Мужчины любят глазами.

– Верно. – Кэл оттянул пальцем эластичный край рубашки. – Ты мне нравишься в этом. Но я обязательно стащу ее с тебя. – Он перестал улыбаться. Ему тоже хотелось многое ей сказать. – Мне нужна только ты, Минни, только ты до конца моих дней.

Рука Мин потянулась к нему, но он вспомнил про пари и с усилием удержал ее.

– Дождемся половины десятого, осталось семьдесят минут. Чем нам занять время, Минни? Поиграем в слова?

– Я знаю только нехорошие слова.

– Да уж. – Кэл засмеялся. Мин посмотрела на потолок.

– Я все равно тебя люблю.

– Это здорово, – отозвался Кэл. – А что в тебе изменилось?

– Я теперь всегда буду говорить «да», когда тебя потянет ко мне. Она села и попыталась привлечь его к себе. Кэл немного подвинулся в сторону. Мин наклонилась и поцеловала его в шею. Он вдруг почувствовал, как что-то вонзилось ему в ногу, и вытащил из-под бедра пояс от накидки. Мин легонько укусила его, он охнул, и она засмеялась.

– Ты выиграешь у Дэвида и проиграешь мне, отчаянная голова, – сказала Мин. – Будет равновесие.

Он посмотрел на нее и подумал: «Она права». Затем взглянул на пояс.

– Итак, что бы я ни сделал, ты все равно будешь меня любить?

– Да.

– Ладно. – Он уложил Мин на кушетку и завел ее руки за голову. – Я привык, чтобы меня слушались.

– Знаю. – Она улыбнулась. – Я готова смириться.

Кэл еще раз поцеловал ее, и пока она не опомнилась, быстро обмотал поясом ее запястья.

– Эй! – Она не успела ничего сделать – он уже привязал пояс к кушетке и потуже завязал узел. – Это извращение, Кэл.

– Вовсе нет, – ответил он, вставая с кушетки. – Знаешь, я купил двенадцать пирожных, а когда ты позвала на помощь, забыл о них. Придется обойтись без пирожных. Но я прощаю тебя ради нашей любви. – Он заглянул в кухонный закуток. – Так о чем бы нам поговорить в оставшиеся… – он посмотрел на часы, – шестьдесят семь минут?

– Кэл! – позвала Мин.

На кухонном столе возвышался знакомый зелено-белый пакет.

– «Криспи-крем». Мы подумали об одном и том же. – Он перенес пакет в комнату. – Знаешь, Минни, ты мучила меня целый месяц. Ты настолько хороша, что я терял голову при виде тебя. Меня тянуло к тебе, я просто с ума сходил. —

Он оглядел привязанную к кушетке Мин с ног до головы. – И сейчас схожу.

– Мне жаль, – сказала Мин, пытаясь освободиться.

– Настала твоя очередь. – Он сел за стол напротив нее. – Теперь я тебя буду мучить.

– Интересная идея. А как? – Он вынул из пакета пирожное.