Но Макс основную тяжесть задачи взял на себя. После того как взвинченная до предела Эмбер уже довольно долго просидела вдвоем с Люси в гостиной, осторожно подводя ее к известию о предстоящей свадьбе, он с теплой улыбкой вошел в комнату.

– Дело в том, Люси, – сказал Макс, – что я всегда был влюблен в твою маму. Она, однако, предпочла мне твоего отца, и, по-моему, правильно сделала. Клайв был хороший, добрый, заботливый человек, и у меня нет никакой надежды занять его место в твоей душе. Я и не буду пытаться, ладно? – Люси осторожно кивнула в знак согласия, и Макс, улыбнувшись, продолжал: – С другой стороны, мы втроем можем жить очень весело, на что раньше у твоей мамы не хватало времени. Вот, например, сразу после свадьбы неплохо бы нам втроем поехать на рождественские каникулы в Швейцарию – покататься на лыжах. Только смотри, никому пока ни слова, это большой-большой секрет! Идет?

– Идет! – улыбнулась Люси, явно польщенная тем, что ей доверили столь важную новость.

– Но, – продолжал Макс уже более серьезным тоном, – самое главное вот что: я обещаю тебе сделать все возможное, лишь бы твоя мама была счастлива, очень счастлива.

Люси с минуту внимательно рассматривала Макса.

– Мама сказала мне, что ты очень богатый бизнесмен. Ты правда очень богатый?

Макс пожал плечами.

– Да, это так. Но счастье не всегда можно купить. Для счастья куда важнее любовь и забота друг о друге.

– Но вот маме нужна новая машина, потому что ее «лендровер» вечно ломается. А потом ей нужны новые красивые платья, – твердо заявила малышка. – Ты можешь купить ей много-много по-настоящему нарядных платьев?

– Сколько душе ее будет угодно – и все нарядные, одно другого лучше! – улыбаясь, согласился Макс, не обращая внимания на протестующие жесты Эмбер, возмущенной приземленным взглядом Люси на предполагаемое замужество матери.

– Ммм… А можно будет мне на свадьбе быть маминой подружкой? – с надеждой в голосе поинтересовалась девочка.

– Конечно! – рассмеялся Макс. – Ну, какие там еще пожелания в твоем списке?

– Мама тебе не говорила, что я давным-давно мечтаю о собственном пони? – Люси смотрела на Макса широко раскрытыми невинными детскими глазами. – Если ты купишь маме новую машину, то, может, мне купишь пони?

Эмбер буквально сгорала со стыда. Затаив дыхание, она смотрела на Макса, он же, подумав несколько секунд, с веселой усмешкой сказал своей дочке:

– Ну и хитрюга ты, ну и вымогательница! Нет, пони ты сейчас не получишь! Придется тебе подождать до дня твоего рождения!

При этих словах Люси с ликующими возгласами кинулась на шею улыбавшемуся во весь рот Максу.

– В тот миг мне было не смешно, я чуть не умерла от смущения! – обращаясь к хохотавшей Роуз, заключила Эмбер свой рассказ о том, как Люси торговалась с Максом.

– Но позволь, – мягко произнесла Роуз, – ведь он ей родной отец. И я думаю… – Она замялась. – Я думаю, дальше будет все труднее решиться и открыть Люси правду.

– Меня тоже это беспокоит, – со вздохом сказала Эмбер. – Особенно потому, что она так на него похожа. Макс, однако, считает, что незачем торопиться еще и с этим откровением. Кажется, он убежден, что в теплой, любящей атмосфере семейной жизни для Люси будет уже неважно, кто ее родной отец.