Первое, как я и думала, было от Ренйжера, который просил снова позвонить на пейджер. 

Второе – от Морелли. 

«Это важно,  - говорил он. – Мне нужно с тобой поговорить». 

Я набрала его домашний номер. 

- Ну давай. – приговаривала я. – Возьми трубку. 

Никто не отвечал, поэтому я стала перебирать номера быстрого набора. Следующим в списке значился телефон в машине Морелли. Там тоже не никто отвечал. Попытаемся позвонить на сотовый. Я взяла телефон с собой в спальню, но только дошла до двери. 

На моей кровати сидел Аллен Шемпски. За его спиной виднелось разбитое окно. Не было секретом, как он проник в мою спальню. Он держал пистолет. И выглядел ужасно. 

- Повесь трубку, - приказал он. – Или я убью тебя.

Глава 15  

- Что это ты делаешь? – обратилась я к  Шемпски. 

- Хороший вопрос. Я считал, что знаю. Я думал, что все просчитал. – Он помотал головой. – Все катится в тартарары. 

- Ты ужасно выглядишь. 

Лицо его покраснело, глаза налились кровью и слезились, волосы торчали в разные стороны. Одет он был в костюм, но рубашка вылезла, галстук сбился на сторону. Брюки и пиджак помялись 

- Ты что, пил? 

- Чувствую себя паршиво, - пожаловался он. 

- Может, тебе стоит опустить пистолет. 

- Не могу. Я должен тебя убить. Да что вообще с тобой такое? Любой бы давно отступился. Я имею в виду, что никто даже не любил Фреда. 

- Где он? 

- Ха! Еще один хороший вопрос. 

Из шкафа раздалась приглушенная возня. 

- Это карлик, - пояснил Шемпси. – Он меня чертовски напугал. Я думал, тут никого нет. И внезапно выбегает этот маленький Жевун. 

В два счета я оказалась у шкафа. Я открыла дверцу и заглянула внутрь. Бриггса спеленали, как рождественского гуся: руки связаны за спиной бельевой веревкой, а рот заклеен почтовой клейкой лентой. На первый взгляд он был в порядке. Только очень испуган и взбешен. 

- Закрой шкаф, - заявил Шемски. - Если ты закроешь дверцу, он поутихнет. Полагаю, его мне тоже придется убить, но лучше как можно позже. Это будто убиваешь Дока или Чихуна, или Ворчуна (гномы из сказки «Белоснежка» - Прим.пер.). Должен признаться, я чувствую себя паршиво при мысли, что нужно убить Чихуна. Мне очень нравится Чихун. 

Если на вас никогда не наставляли пистолет, то вы и представить не можете весь этот ужас. И сожаление, что жизнь так коротка и так бесценна. 

- Ты же на самом деле не хочешь убивать ни Чихуна, ни меня,  - сказала я, с трудом заставляя свой голос не дрожать. 

-         Будь уверена, убью. Черт, почему бы и нет. Я уже убил всех. 

Он шмыгнул и вытер нос рукавом. 

- Я подхватил простуду. Черт, говорю тебе, когда все оборачивается паршиво… - Он запустил в волосы пятерню. – Это была такая хорошая идея. Выбрать несколько клиентов и держать их для себя. Очень чисто. Но я не учел, что такие людишки, как Фред, суют во все нос. Мы все зарабатывали деньги. Никто не страдал. А потом дела пошли не так, и народ стал паниковать. Первым Липински, и потом Джон Керли. 

- Поэтому ты их убил? 

- А что  еще мне оставалось? Знаешь, это единственный способ заставить кого-то замолчать. 

- А что насчет Марты Дитер? 

- Ох, уж эта Марта, - вздохнул он. – Я только о том жалею, что она уже мертва, и я не могу прикончить ее снова. Если бы не Марта Дитер… - Он помотал головой. – Прости за выражение, у нее шило в заднице, когда дело касалось счетов. Все строго по книгам. Не лезла бы в это дело с Шуцем.