Чувство обиды и злости захлестнуло ее. Фил нахмурился, но молчал, и она решила полностью раскрыть карты.

— Конечно, я всегда знала, что у тебя на уме лишь собственные корыстные интересы. Да ты и не скрывал этого! Но я была слишком глупа, чтобы понять, что фирма «Экском» станет их жертвой… Ведь отец тяжело болен! — Ее голос сорвался, но она тут же овладела собой. — Он сейчас, наверное, строит планы на будущее, не ведая, что ты уже вручил все, чем он располагал, «Мелас холдинг»!

Сандра тяжело дышала, глядя в глаза Филу, которые были полуприкрыты тяжелыми веками. Она пыталась оценить его реакцию, удивляясь, что он не проявлял ни малейшего раскаяния в своих чудовищных грехах. Но он стоял спокойный, как скала, и она бросила ему в лицо свое последнее обвинение.

— Ты еще называл моего отца своим другом. Скажи-ка мне, как твое имя произносится на иврите, Фил… верно, Иуда?

12

Сандра была готова к чему угодно, но мрачное спокойствие Фила пугало ее едва ли не больше, чем если бы он набросился на нее с кулаками.

— Так… в чем еще я виноват? — Его спокойный вопрос мгновенно снял нарастающее напряжение. — Или твои обвинения исчерпаны?

— Не дразни меня! — снова взорвалась она, сцепив руки, чтобы удержаться от искушения влепить ему пощечину. — Что тебе еще нужно? Ты взял все, что хотел, и безжалостно раздавил нас!

Непреклонно встречая его тяжелый взгляд, она откинула голову назад, ее серые глаза полыхнули огнем, и Сандра выпалила величайшую ложь в своей жизни:

— Я пришла сказать, что ненавижу тебя и желаю, чтобы ты провалился в преисподнюю!

Он рванулся проворно, как тигр, почуявший добычу, и схватил ее за запястья, лишив возможности двигаться.

— Твоя правда, моя милая. — Жесткий смешок резанул ее слух. — Я взял все, что мне добровольно предложили, и заплатил за это высшую цену, которую может заплатить мужчина, — потерял свою свободу.

— Пусти!

Его язвительное напоминание нисколько не успокоило ее. Сандра безуспешно пыталась высвободиться, в то время как дьявольский блеск угольно-черных глаз говорил ей, что его терпение висит на волоске. Но истинную тревогу причиняла ей его близость и запах, исходивший от теплой влажной кожи. Она была убеждена, что Фил ее заклятый враг, но почему-то ей все время приходилось напоминать себе об этом.

— Я лучше умру, чем выйду замуж за такого мужчину, как ты! И ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Может, ты был сегодня слишком занят, чтобы слушать радио, но я-то слышала все из уст самого Леонидиса! — Она снова предприняла безуспешную попытку высвободиться. — Пусти меня!

— Не раньше, чем покажу тебе, каким я могу быть безжалостным, дорогая.

Лицо Фила, склонившееся над ней, выражало твердую решимость, глаза грозно сверкали.

Страх, соединившись с гневом, удвоил ее силы, и она отчаянно рванулась, но он лишь презрительно фыркнул. Легко подняв Сандру, Фил быстро понес ее в соседнюю комнату, а она беспомощно уткнулась лицом в его теплое обнаженное плечо.

Через несколько секунд он бросил ее на широкую двуспальную кровать. Тяжело дыша, он продолжал стоять над ней, уперев руки в бедра. Его мускулистая грудь и руки влажно блестели, он был бесподобно сложен, и его кожа, покрытая золотистым загаром, лишь усиливала это впечатление.