— Не разувайся, — предупредил Сергей.

Стараясь не коснуться плечами старых рассохшихся обоев, чтобы не нанести непоправимый вред бумажному музейному раритету, я, пройдя по коридору, вошёл в комнату, выполнявшую роль зала. И снова все шаблоны в голове просто рассыпались от той картины, что предстала перед моими глазами.

— А-бал-деть! — только и смог произнести я.

Глава 3

Серсея — не дура. Она знает, что ручной волк полезнее мёртвого.

— Интересная реакция, — прищурился никто иной, как Нойман, собственной персоной. — Добрый вечер, Вова.

— Здравствуйте Виталий Эдуардович, — поприветствовал я безопасника. — Что это за место?

Комната, в которую мы вошли, была совершенно не похожа на коридор, через который мы в неё попали. Признаю: такого архитектурного решения я ещё не встречал, так как квартира в обычной панельной пятиэтажке оказалась «дуплексом» — двухэтажной квартирой.

Комната была обставлена со вкусом и представляла собой гостиную, с удобным кожаным диваном, напротив которого висел на стене огромный телевизор. Создалось впечатление, что здесь только что закончила ремонт бригада мебельщиков-краснодеревщиков, затянув некоторые стены панелями из неизвестного мне сорта древесины, и ушла, оставив на память о себе небольшой, но довольно изящный журнальный столик и настенные полки, с которых на меня в ряд смотрели корешки книг.

Но главной достопримечательностью и украшением комнаты была широкая винтовая лестница, выполненная из той же древесины, поднявшись по которой можно попасть на второй этаж.

— Это твоё временное пристанище, — немного раздражённо ответил Нойман. — То место, где тебе не расшибут голову, пока ты доводишь до конца начатое.

Мой восторг моментально улетучился, поскольку из его слов стало ясно, что я что-то должен доделать. Но что? То, о чём мы договаривались, я же выполнил.

— Белевский, не нужно закатывать глаза, пожалуйста. У меня слишком мало времени, чтобы сейчас выслушивать твои возмущения. Вернёмся к этому немного позже, — недолго думая, он уселся на журнальный столик. — А сейчас рассказывай всё, что с тобой произошло с того момента, как «рейд» перенёсся в закрытую локацию. Будь добр, постарайся вспомнить всё до мельчайших деталей, вплоть даже до мимики каждого участника рейда, — он включил диктофон, который до этого вертел в руках, и аккуратно поставил его на столик. — Поехали.

Усевшись на диван и примостив рядом рюкзак, я начал рассказывать события прошедших суток.

Ноймана интересовало всё. Абсолютно всё, что касалось поведения участников «рейда». В этот раз его не интересовало поведение неигровых персонажей. Только в одном месте нашей беседы он вскользь уточнил условия закрытия «квестов», которые я невольно выполнил, и на этом его интерес улетучился.

Теперь я знаю, что такое настоящий допрос. Мой мозг просто вывернули наизнанку, вытянув из него то, что я знал и не знал. Дошло до того, что мне даже пришлось рисовать на листе бумаги, расположение тех из рейда, кого успел запомнить. «Ники» участвующих, их разговоры, команды рейд— и класс-лидеров, их действия…

— Может, если я буду знать суть вопросов, то смогу отвечать на них более развёрнуто? — осторожно попытался я внести «рацпредложение». — Я сейчас просто не понимаю, что именно вы хотите узнать.