Понятно, что нельзя было верить ни единому её слову, но Дж'Имасро всё же удалось посеять зёрна сомнений, а чувство того, что ты снова чья-то пешка, вернулось.

— Я хочу предложить тебе сделку, «пришлый», — плавно качнув бёдрами, богиня снова неторопливо шагнула ко мне, красуясь. — И если мы договоримся, я дам тебе всё, что ты только пожелаешь. Скажи, чего бы ты хотел? Я могу дать тебе золото, власть, могу окружить самыми красивыми девушками этого мира… Чего тебе больше всего хочется? — оказавшись вплотную, она провела пальчиками по моей щеке. — Я сделаю абсолютно всё, что ты скажешь, — прошептали её губы. — И главное: я скажу тебе, как убить Бога.

С немалым трудом отведя от них глаза, я сделал шаг назад, выставив перед собой руки.

— Пожалуйста, не делай так больше. Я не божество, и мне трудно устоять перед твоей неземной красотой.

— Всё же нравлюсь, да? — лукаво спросила Дж'Имасро.

— Очень, — не покривил душой я.

— Правильный ответ, смертный, — усмехнулась она. — Я могу дать тебе всё, а могу и отобрать! Помни это.

— Что за сделка? — я отступил ещё на шаг.

— Ничего сложного, смертный. Ты должен убить ту, по чьей воле вы здесь оказались.

— Чего? — не поверил своим ушам я. — Кого убить?

«Ты вообще кукушкой поехала?». Именно это мне хотелось сказать.

— Ты всё правильно понял. Ты должен убить Ллос, а её силу отдать мне. И в этом я тебе смогу помочь, — торжественно закончила Дж'Имасро, а я окончательно понял: вляпался.

Глава 16

Старайся не прослыть обманщиком, хоть сегодня и невозможно прожить, не будучи таковым. Самая большая твоя хитрость должна состоять в том, чтобы не показать свою хитрость.

Наверное, в этот момент лицо полностью отражало палитру обуревавших меня чувств, потому что Дж'Имасро неожиданно захохотала.

Смех был злым, будто она только что провернула со мной довольно подлую шутку, а теперь хохочет, чтобы сделать ещё больнее, находя в этом какую-то свою извращённую радость.

Хорошо, что это божество мыслей читать не может, иначе просто так я бы не отделался. Ни одна женщина, будь она трижды умной, не смогла бы проигнорировать то, что я целых полминуты плёл у себя в голове в адрес Дж'Имасро, начав с самого безобидного, постепенно смелея под конец мысленного «спича».

Никакая женщина подобного не потерпит, даже виртуозно владеющая своими эмоциями. А тем более — высокомерная и уверенная в себе богиня с отчётливой маской безумия на лице. А наговорил я такого, что у Дж'Имасро, по идее, должна была выступить пена на губах от злобы, а я — тихо подыхать со скорпионьим жалом в пробитой башке.

Совершенно не представляю, как выглядит Двуединый, но данное имя больше подходило именно Дж'Имасро, поскольку только за несколько минут её душевное состояние изменялось от: «уверенная в себе роковая женщина, выбравшая именно тебя», до «а кто у нас тут ещё без шила в печени?».

Смотрелось это довольно жутко, будто в одном теле находилось два разных сознания: куртизанки и беглянки из психиатрической больницы, которые между собой с горем пополам договорились, а вот на окружающих это соглашение дружно решили не пользовать.

— Не смотри на меня так, смертный, — прошипела богиня, — будто я выжила из ума…

«Дорогая, у меня для тебя плохие новости», — мысленно пробормотал я и сделал виноватое лицо от греха подальше.