— Я же говорил, что мы с тобой встретимся, прелесть! — оскалил я клыки. — Теперь ты у меня в гостях, — нарочно не слушая, что она мне пытается простучать зубами, я снова улыбнулся улыбкой клинического психа. — Раз, два, три, четыре, пять! Я иду искать!

Вернув её фигуре полную заморозку, я одним мощным ударом отбил голову ледяной статуе.

«Саб-Зиро винс! Фаталити!», — вспомнилось мне, отчего я хмыкнул себе под нос.

То, что она выйдет из игры, я совершенно не боялся, как и то, что мне сейчас придётся искать её точку привязки. Я прекрасно знал, где именно она возродится ровно через пятнадцать минут.

Здесь, на дне Пасти Леты, такое место только одно.

Да и не сможет такая борзая девушка спустить на тормозах то, что её «развели», заманили неизвестно куда и жестоко наказали. Предполагаю, что не тот у неё характер, хотя я ещё тот знаток тёмных женских душ.

А если даже и сможет себя пересилить, то понять, где была, как и установить личность «Полярника», она не сможет. Так что рано или поздно эльфийка снова окажется здесь.

Подобрав выпавший с Пандорры «лут», которого оказалось не так уж и много, я зашагал к старому Кругу Возрождения, до которого, по моим прикидкам, было не более десяти минут ходу.

Когда эльфийка появилась на растрескавшейся поверхности Круга Возрождения, я, усевшись недалеко от него, рисовал обломанным прутиком узоры на девственной поверхности снежного наста.

— Ты успокоилась, или тебя снова охладить?

На этот раз девушка хоть и выглядела встревоженно, но опрометчивых поступков совершать не решилась. Досадливо поджав губы, она не спешила выходить из безопасной территории защитного Круга.

— Что ты хочешь от меня? Ты хочешь, чтобы я вернула тебе деньги? — с вызовом спросила она. — Так обломайся! Их у меня нет! И никто тебе их не вернёт! А если об этом случае узнает Роланд, то тебе никто не даст спокойной игры. В твоём случае, самым правильным вариантом будет снять эту долбанную блокировку и дать мне уйти. А я, так и быть, — будто делая мне одолжение, она горделиво вскинула подбородок, — никому не скажу о нашем маленьком недоразумении. Усёк?

— А кто такой Роланд? — лениво поинтересовался я. — Такой же мелкий воришка, как и ты?

— Мелкая воришка? — зло оскалилась она. — Эта мелкая воришка у тебя весь инвентарь «подрезала», а ты лопух и не заметил.

— Ты здесь именно поэтому, — кивнул я. — Давай, спускайся, поговорим нормально. Только я тебе снова башку отломаю разочек, а то ты по ходу забылась.

— Хрен тебе, урод! — она демонстративно уселась на каменную поверхность Круга Возрождения. — Затащил меня неизвестно куда, и издевается теперь. А знаешь, что? Я на тебя жалобу в администрацию сейчас напишу, козлина! Погоди! — по её отсутствующим глазам стало понятно, что она вошла в свой внутренний интерфейс. — Ну ты и скотобаза! — констатировала она, после того, как убедилась, что отправка сообщений невозможна.

— С каждым сказанным оскорблением, твой гонорар уменьшается на одну тысячу золотых! Если хочешь высказаться — прошу. Примерно десять-пятнадцать попыток у тебя ещё есть. Я слушаю, — подперев подбородок рукой, я продолжал выводить узоры на снегу. — Чего молчишь? Ну, я тебя слушаю!

Но Пандорра молчала и прищурившись смотрела на меня.

— А о каком гонораре речь? — осторожно переспросила эльфийка.

— О том, который я тебе буду обязан выплатить, если мы достигнем взаимопонимания, — пожал я плечами.