— Уверен?

— Да, — киваю, сдерживая рвоту.

Н-да, никогда меня так не выворачивало, даже в прежней жизни после тех или иных событий, когда напивался до бесчувствия. Ну, не совсем так, но случалось, что продукты в организме не приживались.

— Что здесь происходит⁈ — донёсся до моего слуха чей-то женский голосок.

Похоже, медсестра пришла проверить пациентку, у которой приборы перестали передавать данные на пост. Эх, не успели мы с Леной уйти, правда, на это шансов не имели, нас бы точно поймали. Выставить отвод глаз я бы точно не смог. Вернулся в палату и увидел, как мелькнул белый халат, за которым захлопнулась дверь.

— Нас обнаружили, — устало сказала моя подруга.

— Слышал, — кивнул я и уточнил: — Как состояние госпожи Соренских.

— Должна вот-вот очнуться, угроза миновала, аура медленно, но восстанавливается, — ответила девушка.

— Это хорошо, — покивал и устало присел на стул.

Нам осталось только ждать и надеяться, что Анастасия Павловна заступится и не даст нас скрутить и к дознавателям отправить.

— Вот они! — воскликнула медсестра, врываясь в палату. — Не успели сбежать!

Следом за ней появились трое дюжих охранников и пожилой врач.

— Стоять, не двигаться! — выкрикнул один из службы безопасности лечебницы, размахивая при этом дубинкой.

— Как скажете, — спокойно произнёс я.

— Минутку! — воскликнул врач. — Пациентке стало лучше! Как такое возможно⁈ Ну-ка, все вон отсюда! Стоп! Нет, молодые люди пусть останутся!

А врач-то соображает быстро, мгновенно оценил ситуацию и сопоставил наше присутствие с состоянием госпожи Соренских. Однако, его почему-то никто не послушал. Охранники застыли на месте, и даже медсестра не выбежала в коридор. Доктор же быстро к Анастасии Павловне подошёл и над её головой руками пару раз провёл, при этом бормоча себе под нос:

— Поразительно! Нечасто с таким сталкиваюсь. Нет, это чудо какое-то! — он резко обернулся и посмотрел на меня: — Что вы сделали и как⁈ Больная до утра бы не дожила и помочь ей никто и ничто не могло. Кто вы такие, чёрт бы вас побрал⁈

— Если захочет, то госпожа Соренских вам всё сама объяснит, — ответил я и вздрогнул от прозвучавшего голоса матери моей девушки:

— Тут слишком много народа. Потом поговорим, а сейчас, пусть все выйдут, кроме моих гостей.

И столько в интонации приказных ноток, что хочется безоговорочно подчиниться. Кстати, охрану и медсестру как ветром сдуло, а вот доктор не поддался, остался на месте.

— Голубушка, пациентка не вправе приказывать своему лечащему врачу, — с улыбкой сказал доктор. — Меня зовут Илья Матвеевич, заведующий лечебным центром. Как вы себя чувствуете?

— А вы как думаете? Прекрасно слышала, что говорили и, кстати, почти всё помню, пока в коме лежала, — Анастасия Павловна прищурилась, о чём-то задумалась, а потом продолжила: — Господин заведующий, прошу вас удалиться и прислать моего помощника. Насколько понимаю, господин Вольный на одном из консилиумов. Правильно?

— Наверное, — пожал плечами доктор. — Велю его поискать. А вот вставать вам не рекомендую, пока не пройдёте обследование.

— Это мне решать, не ваш центр мне помог. Или желаете это оспорить? — в голосе госпожи Соренских появились стальные нотки.

Илья Матвеевич не стал испытывать судьбу — ретировался.

— Как самочувствие? — задала матери вопрос Лена.

— Я не соврала, давно так себя не ощущала, — улыбнулась ей Анастасия Павловна. — Спасибо вам, после такого за мной неоплатный долг, — она перевела взгляд на меня.