— Мы же договаривались, — усмехнулся Курзин.

— Ступайте уже, — отмахнулся недавний его соперник по картам.

Удивительно, но Александр Николаевич уверенно отыскал дорогу к комсомольской комнате. А там нас уже ждали. При этом комсоргом школьной организации оказался паренёк из десятого класса. Если не ошибаюсь, его зовут Анатолием и пару раз ему мои бывшие приятели очки разбивали и по земле возили, чтобы не совал свой нос куда не следует. Ну, слишком правильный парень, любит нравоучения проводить, даже к бабкам, торгующим со своего огорода овощами и то приставал. Мол они все спекулянтки, цены задирают и в овощном всё стоит дешевле. Вот и возник у него конфликт с бабкой Матрёной, у который внук заводила у местной шпаны. А всё из-за чего? Комсоргу не понравилось, что стакан жареных семечек, которых он у бабки купил, оказался на его взгляд маленьким. Разумеется, он сразу стал обвинениями сыпать, что та дескать подсолнухи не выращивала, купила мешок оптом, а теперь по граммам продаёт. А то, что она их все мыла, жарила и на себе таскала его не интересовало. Вот во дворе ему урок и преподали. Нет, я руки не марал, но и не вмешивался. Савелий его один на один отмутузил, а парни в круг стояли, чтобы тот, кто Матрёну до слёз довёл, сбежать не мог. Ну, честно говоря, у комсорга шансов в любом случае не было, даже если бы своему противнику сдачи дал. Пацаны бы так просто его не отпустили, но можно сказать, счастливо отделался.

— И вы говорите, что Горец, точнее, Горцев желает вступить во Всесоюзный ленинский коммунистический союз молодёжи? — с кривой улыбкой на лице произнёс комсорг школы.

— А ты разве против? — усмехнулся я. — Уже на фотокарточки раскошелился, взносы приготовился заплатить.

— Хватит вам препираться, — держа перед собой чашку с чаем, сказала Марианна. — Сергей учится неплохо, рекомендации получил. Кстати, одну из них я дала, а у тебя, Савелий, с английским прямо-таки беда. Когда ты мне тексты с переводом сдашь? Долг уже приличный накопил! Закончится у меня терпение и выставлю двойки!

Ну, с таким подходом приёмная комиссия, состоящая из комсорга, двух его приятелей и четырех девиц, сразу же сникла и воды в рот набрала. Не сказал бы, что меня ни о чём не спрашивали, вопросы всё же задавали, на большинство которых ответа я не знал, но за меня, с вежливой улыбкой, отвечал всё тот же комсорг. Он с испугом косился на Малкину, а та брови хмурила, головой кивала и на свои наручные часики смотрела.

— Думаю, достаточно, чтобы соблюсти формальности и вынести решение о принятии Сергея Горцева в комсомольцы, — заявила Марианна, когда прошло минут двадцать, как мне стали задавать вопросы. — Кто-то против?

Разумеется, ей никто возразить не посмел. Кто же захочет спорить с англичанкой? Дураков нет!

— Получается, — моя классная руководительница обвела взглядом приёмную комиссию, — Сергей принят единогласно. Это правильное решение. Сонечка, ты же за секретаря?

— Да, — покивала щуплая девчушка.

— Тогда оформляй протокол заседания, мы в нём все распишемся и выдадим Сергею членский билет и нагрудной значок! — объявила Марианна и обратилась ко мне: — Поздравляю, ты теперь состоишь в молодежной организации ВЛКСМ!

Кузрзин не удержался и пару раз хрюкнул, давясь от смеха. Ну, надо было видеть кислые лица приёмной комиссии и, в частности, комсорга. Но я не стал смеяться, сдержался. А Малкина продолжила подгонять собравшихся, словно на пожар спешит. Внимательно на Марианну посмотрел и понял, что у той есть ещё какие-то дела и, похоже, они и меня касаются. В этом убедился, когда новенький комсомольский билет передавал Курзину, чтобы тот данные в министерство спорта отправил.

— Сергей, ты только не убегай, надо обсудить кое-что, — сказала классная руководительница и чуть слышно добавила: — Нас с тобой уже заждались.