— Ну, сейчас у тебя есть Гай и нет малыша, — повторила Сара. — Вы с Гаем — настоящая семья?

Они помолчали.

— Вот странно. Года два назад после первого аборта я почувствовала облегчение… такое облегчение! Я никогда не думала, что избавилась от настоящего ребенка. А сейчас я думаю о нем постоянно, не переставая. Я вижу его перед собою, толстенького, милого, он начинает лепетать… Я чувствую себя такой опустошенной!

— Послушай, Крисси, — сказала Мейв, — почему бы тебе не остаться здесь на две-три недели? Тебе следует отдохнуть. Мы собираемся сначала поехать в Чарльстон, потом в Ньюпорт.

— О, звучит так привлекательно, — вздохнула Крисси. — Гай даже не заметит, что меня нет. Он так занят, передвигаясь по Голливуду и по Винной улице. Это единственное вино, которое он видит в эти дни.

— Ну ты и остришь, — заметила Сара.

— Тебе правда нравится? — Крисси заметно повеселела.

Сара спросила:

— Как насчет секса?

— Сара, — остановила ее Мейв.

— Я не против поговорить об этом, — ответила Крисси. Она выпрямилась и зажгла розовую сигарету «Нэт Шермен» с красным фильтром. — Я решила удрать с Гаем в ту ночь в «Уолдорфе». Тогда я в первый раз кончила. Вы знаете, это произошло впервые, и я решила, что это любовь. И так было все время в Северной Калифорнии.

— Любовь среди винограда, — встряла Сара, но Крисси ее не слушала.

— Но как только мы уехали оттуда, оргазмы прекратились. К тому времени Гай начал вести себя как будто я… — Она искала подходящее слово. — Ну, потаскушка на одну ночь.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Мейв.

— Ну, это трудно объяснить… Как будто он все делал только для себя, стал чужим… Как будто мое тело для него лишь объект физических упражнений. После того как мы переехали в Южную Калифорнию, он никогда не говорил мне: «Я тебя люблю!»

В комнате воцарилось молчание, и потом Сара сказала:

— Тебе действительно требуется отдых. Как только приедет Марлена, мы проведем наш официальный ленч и потом поедем в Чарльстон.

Я просто не могла дождаться, когда сумею поделиться своими новостями с подругами.

— Видите? — я показала им маленький золотой значок студенческой корпорации на лацкане своего жакета. — Мне его подарили. Мы со временем обручимся!

Девочки обняли меня, и Сара сказала:

— Ты так изменилась! Ты просто витаешь в облаках… Наверно, это розовый налет любви! Но почему ты не привезла с собой Джонни? Нам необходимо познакомиться с этим парнем, если он собирается обручиться с нашей маленькой Марленой.

Я была несколько смущена, что Джонни не поехал со мной — сначала в Нью-Йорк, а потом в Чарльстон, — чтобы познакомиться с моей семьей. Но он заявил, что заранее уже договорился играть в теннис и никак не может ничего изменить. И потом, он уже видел всех, не так ли? Маму, папу и девочек… Но все равно я была несколько разочарована. Его теннис не казался мне настолько важным…

Потом я сказала подругам, что после двух дней в Нью-Йорке и трех, только трех дней в Чарльстоне мне придется вернуться в Кембридж.

— О, посмотрите на нее, — засмеялась Крисси. — Она не может оторваться от своего Джонни на более долгий срок…

Крисси, конечно, дразнила меня, по мне показалось, что я различила в ее голосе легкую грусть и даже зависть!

Кончилось тем, что я провела в Чарльстоне неделю.