Она так и не узнала, как назывались те духи… Она только знала, что этот аромат воскрешал в ее сознании образ матери — зеленые глаза, темные волосы, — наспех целующей ее, Крисси…

Жизнь Крисси в Лондоне была наполнена гувернантками, нянюшками, учителями музыки и шофером, который возил ее с няней на прогулки в парк. К пяти годам она уже умела играть незамысловатые пьески на фортепиано. Она также умела читать стишки «с выражением», сопровождая чтение жестами и мимикой. Когда на чай или коктейль приходили гости — дамы в шелковых платьях и крохотных атласных шляпках или же в больших шляпах, украшенных цветами, и элегантные мужчины с широкими галстуками и усами, с тросточками с серебряными набалдашниками или кнутиками или же с цилиндрами на согнутых локтях, — звали Крисси, чтобы она выступила перед гостями. Она читала стихи, и дамы восклицали: «Какая прелесть!», «Очаровательно!», а франтоватые господа: «Отлично!» или «Очень мило!». Но потом они уводили куда-то маму, и она опять исчезала в облаке мехов, шифона и духов, а Крисси опять оставалась одна с няней, гувернанткой или горничной.

Уже много лет спустя Крисси узнала из газетных вырезок, что одним из этих господ был принц Уэльский, тот самый, который как-то посещал ее родителей, когда они жили на Лонг-Айленде. Некоторые обозреватели светской жизни писали, что бурный роман между Кристиной Марлоу и принцем начался, еще когда Джордж был жив и здоров.

Из газетных вырезок Крисси также узнала, что вскоре принц расстался с Кристиной из-за Уэлли Симпсон, разведенной американки, из-за которой он также отказался от трона. Странным было то, что Уэлли Симпсон была приятельницей Кристины, обе они были известны как американки, прибывшие в Англию в поисках приключений. Однако роман принца с Уэлли начался лишь после того, как Кристина отправилась в Соединенные Штаты, чтобы вернуть обратно свою дочь. Это стало необходимым после того, как Патрисия и Гвендолин Марлоу осуществили похищение Крисси в один из лондонских туманных весенних дней.

Крисси гуляла в Риджент-парке со своей няней мисс Пул, когда появилась Гвендолин в сопровождении двух огромных мужчин с тонкими губами и в котелках. Мисс Пул не смогла справиться с мрачной, решительной Гвендолин, не говоря уж о двух здоровенных профессионалах, которые ей помогали. Итак, спустя несколько часов Крисси уже была на борту парохода, отплывающего в Америку. Гвендолин, проявив истинно американскую сообразительность и изобретательность, очень умело осуществила свой план. Время похищения было рассчитано с учетом отправления «Куин Мэри» и в отсутствие Кристины. Той не было в Лондоне, поскольку она отправилась с принцем Уэльским в Сэндригэм, загородную резиденцию британских монархов, расположенную примерно в ста пятидесяти километрах к северо-востоку от Лондона. Кристине не успели даже ничего сообщить до тех пор, пока «Куин Мэри» не вышла из порта и не двинулась в направлении Нью-Йорка и Патрисии Марлоу.

Крисси не нравилась жизнь в доме бабушки Марлоу на Парк-авеню с его разрисованными потолками и венками из фруктов и цветов, окружающих монограмму Марлоу. Бабушка была женщиной строгих правил и безупречных манер, она не любила демонстрировать свои чувства. Она с мрачной серьезностью прослушала игру шестилетней Крисси на фортепиано и ее декламацию, но ни «очаровательно», ни «прелестно» не слетело с ее губ.