Но рано или поздно всё подходит к концу. Так вышло и с нефтью. Я вылил за несколько часов чёрного золота на сотни миллионов долларов, отчего было очень грустно. А маги, сволочи такие, не оценили столь драгоценного подарка, и своими заклинаниями буквально уничтожили всю нефть!

В войне почти всегда выигрывает тот, у кого больше ресурсов. Всё упирается в финансовую составляющую. Вот не было бы у меня в кармане нефтяного озера, что бы я делал? Фактически я только что закидал колдунов деньгами…

Блин, я себя чувствую Золотой Антилопой, которая хоронит в куче золота визиря. В принципе, будь тут волшебников поменьше, я бы мог их реально утопить в нефти. Но и вариант — похоронить магов в горе платины, тоже вполне реален.

Интересно, если я бы кидался в волшебников слитками платины, они бы её тоже уничтожали? Хотя жаль, что не получится проверить, поскольку барьер не пропускает твёрдые вещества.

Эх… Мне бы зарина или иное летучее отравляющее вещество, но чего у вампиров не взял, того не взял. Сейчас бы газами отравить усталых магов, они бы не сразу сообразили, что происходит. А когда очухались бы и головные пузыри наколдовали, то части волшебников уже не было бы, и ритуал оставшиеся колдуны, будучи усталыми, уже не смогли бы активировать.

— Срочно, варите зелья для восстановления магических сил, — устало усиленным чарами голосом произнёс Фелтон. — Стойте!

Видимо, колдуны не послушали вожака… Акела промахнулся или нет?

Тряпичное подобие двери в палатку распахнулось и внутрь повалила толпа разозлённых магов. Но тут их ждала большая нефтяная лужа и испарения. Некоторые маги, надышавшись испарений, стали терять сознание.

— Опять нефть! — воскликнул кто-то из магов обречённо-возмущённым голосом.

— Эванеско… Эванеско… Эванеско… — зазвучали усталые возгласы.

Заклинания стали споро очищать палатку от нефти. Кто-то додумался очистить чарами воздух от испарений. Затем потерявших сознание магов стали выносить из палатки.

— Как три литра вина выжрать за три часа, так это, пожалуйста! А как видят пять тысяч тонн нефти, так сразу Эванеско… — насмешливым тоном громко прокомментировал я.

В палатку набилось пара десятков злых и усталых магов, больше в прихожей не поместилось. Они и так столпились компактной кучкой. Несколько магов в ответ на мою речь яростно зарычали. Все они держали в руках волшебные палочки. Которые направили на меня.

— Авада Кедавра! — воскликнул самый нервный из магов, направляя на меня палочку.

Я уж думал — всё, допрыгался. Мне и бежать особо некуда было. Внизу пол завален ёмкостями из-под нефти, которых накопилась приличная горка по вышине превышающая высоту сиденья стула. Единственно что я мог сделать — это присесть, что и сделал.

Зелёный луч убивающего заклинания сорвался с палочки волшебника, он устремился прямиком в меня, но к превеликому счастью он рассыпался зелёными искрами о барьер, который в магическом зрении слегка потускнел.

Я выпрямился во весь рост, стянул с головы противогаз, кинул его к ёмкостям из-под нефти и нагло ухмыльнулся, издевательски глядя на удивлённых магов.

— Господа, — протянул я саркастическим тоном, при этом глядя на волшебника, выпустившего Аваду, — у меня имеются подозрения, что он сын своей матери и ночной дискотеки. Даже Аваду не может нормальную сотворить.

— А-а-а-а! — яростно закричал тот же маг, который до этого выпустил убивающее заклинание. Он вновь направил на меня палочку. — Авада Кедавра!

Зелёный луч заклинания вновь был остановлен барьером печати, линии которой стали ещё немного бледнее.

— Авада Кедавра! Авада Кедавра! Авада Кедавра! — стали разноситься многоголосые выкрики от делегации волшебников.