|
– Я никогда не прощу тебя, Тёмный лорд, – ответил Загробник. – Отныне мы больше не союзники.
Раздвинув складки пространства перед собой, Загробник вместе со своей ношей скрылся между измерениями. Близняшки, попрощавшись на последок с Сергеем, последовали за своим наставником. А Тёмный лорд продолжил свой путь к донжону.
Из колодца, в котором ранее спрятался Воплощённый Хаос, послышались жутковатые хлюпающие звуки. Жутковатая масса, словно на дрожжах попёрла на волю и перегородила Сергею дорогу. Тот остановился, глядя пылающими глазами на переплетение пульсирующей плоти перед собой.
– Моя девочка... – произнесли сразу десятки ртов. – Что ты с ней сделал?
Огромная масса сплавившейся плоти нависла над ним, с клыков капала слюна, заливая мостовую.
– Спас, – коротко произнёс Тёмный лорд. – Ей нужен отдых и покой.
Сколи, видимо, что-то почувствовав, открыла глаза.
– Сладенький... – слабым голосом произнесла она. – Это ты?
– Я, любимая, – ответил Сергей, не отводя пристального взгляда с Воплощённого Хаоса. – С тобой всё хорошо? Ничего не болит?
– Чувствую... слабость... – пожаловалась жена. – Но в остальном... вроде бы... я в порядке...
Услышав голос дочери, Крокодилия вздрогнула всем необъятным телом. Одна из её голов, венчающих щупальца, похожая на огромную женскую голову с бледной как у мертвеца кожей, вплотную приблизилась к ним.
– Сколи... доченька... – произнесла голова, в уголках её глаз сверкнули слёзы. В голосе ведьмы практически полностью пропало безумие, он звучал практически адекватно.
– Мама? – произнесла Сколпендрия и повернула голову на звук. В глазах её оставалась некая муть – кажется, она пока что не вполне хорошо видела. Контроль над телом ещё не полностью к ней вернулся. – Это правда ты?
– Я, доченька, я... – произнесло огромное лицо, приблизившись к ним практически вплотную. Сергей очень надеялся, что безумие не овладеет Крокодилией, и любовь к дочери в ней окажется сильнее Хаоса. В противном случае она может попытаться попросту проглотить их целиком.
– Сладенький всё же решился даровать тебе свободу... – удовлетворённо произнесла Сколи и положила руку матери на щёку. – Так приятно вновь встретиться с тобой, мама... вживую, с глазу на глаз... спустя все эти годы...
Огромные слезы потекли по щекам ведьмы, оставляя мокрые полосы. Взглянув ведьме в глаза, Сергею показалось, что он на мгновение забрался к ней в голову. Крокодилия ощущала едкую горечь, в минуту прозрения осознав всю неправильность выбранного пути. Обретя огромную силу, она растеряла всю человечность. Единственное, что удерживало её от окончательного падения в бездну, была любовь к дочери.
– Позаботься о ней... – произнесла Крокодилия, отворачиваясь. Она на мгновение словно устыдилась своего облика. – Сергей... А я пока в колодце посижу... мне надо прийти в себя и набраться сил... Проиграла жалкому человечишке, где такое видано...
Огромная аморфная масса принялась втекать в колодец. А Тёмный лорд покачал головой – Крокодилия впервые назвала его настоящим именем. Наконец-то осознала, что он никакой не Конрад? Прогресс.
– Любимая, – произнёс он, вновь двинувшись в сторону донжона. – Раз уж ты очнулась... у меня к тебе важный вопрос.
– Да, сладенький? – спросила Сколи, повернув голову в его сторону. Она всё ещё не могла толком видеть. Скорей всего различала лишь невнятные размытые силуэты.
– Я знаю, что ты ждёшь от меня ребёнка, – произнёс он.
– Ох... – смутилась женушка. Лёгкий румянец окрасил её щёки. – Прости, что не сказала, сладенький. Но я знала, что в ином случае ты спрячешь меня в самое безопасное место, и пойдёшь воевать в одиночку. |