Интересного в письме было мало: он обустроился неплохо, собирается новое дело открывать — производить торты изумительного вкуса, уже, судя по продажам малых партий, в восторге весь Париж. Живет, в общем, хорошо, купил автó, но страшно ностальгирует по российским пейзажам.

— Нет, вы на обратный адрес посмотрите! — воскликнул Львовский.

Там, в парижском обратном адресе значилось:

M. Julien Dunous pour M. Jerome Khleborodоv, –

и хоть это меня в конце концов развеселило.

Правда, не надолго. Ибо вслед за тем Евгеньева сказала мне, что Ми больше нет в живых.

Так в конце концов и неясно, чтó именно там случилось, но ее нашли возле догорающего здания, где, как оказалось, до этого часу размещался бордель с малолетними рабынями. Там произошло подлинное побоище, шестеро были убиты из ее пистолетика, но чья-то пуля достала и ее.

Бедная Ми! Ты уже никогда не дождешься своего принца на белом коне.

– —

Евгеньева пообещала, что зайдет ко мне, когда рукопись моя будет закончена. Значит, скоро она снова зайдет, ибо мой день гномов, как и моя рукопись, уже подходит к концу. Она передаст эти бумаги Андрею Васильцеву. Надеюсь, что-то в них ему покажется интересным.

Прощайте же все!

Петр Васильцев

20 ноября 1914 г.

………при всех трагических событиях нашего времени, случающихся ежечасно…

…смерть действительного статского советника, государственного прокурора Петра Аристарховича Васильцева, случившаяся всего лишь на 38-м году жизни, в канун Рождественского Сочельника…

…всю свою недолгую жизнь беззаветно служа российской законности…

Товарищ министра

Юстиции Осипов

ДЕНЬ ГНОМОВ. ПРОДОЛЖЕНИЕ

(дописанное спустя год)

Рукопись моя год назад была закончена год назад, однако (чего я никак не ожидал) жизнь моя после этого продолжилась, и теперь уж неизвестно, когда закончится. В самый разгар войны вдруг сюда, в Россию, явился сбежавший почему-то из Германии профессор медицины, специалист именно по такого рода гномам, светило мировой величины. Он осмотрел меня — да и уговорил лечь к нему на операцию.

Теперь гномы меня не терзают. Правда, профессор сказал, что когда-нибудь они ко мне заявятся снова. Что ж, поживу до этого «когда-нибудь».

Но, глядя на то, что происходит в мире, не знаю — к лучшему ли это…

Впрочем, после ошибочного некролога в газете, напечатанного по случаю моей уже якобы состоявшейся кончины, многие и так уже не числят меня в мире живых.

Что, впрочем, пожалуй что, отчасти и правильно, ибо прокурор П. А. Васильцев перестал существовать еще там, в отеле «Парадиз», в тот самый миг, когда, презрев Закон, встал на сторону Справедливости.

Ну а новый, никому не известный П. А. Васильцев, глядишь, еще чуток поживет столько времени, сколько ему, нынешнему Васильцеву, отмерено.

(Тут рукопись П. А. Васильцева обрывается)

Вечер гномов

(дописанный Ю. А. Васильцевым)

Этот ДЕНЬ ГНОМОВ, однако, никак не закачивался. И продолжение его достигло меня случайно добытыми вырезками из старых газет

Неразлучная пара

(от 1914 г.)

Г-н Львовский, человек самой мирной профессии, художник модных платьев, отправился добровольцем на фронт, где быстро дослужился до чина подпоручика.

Когда его взвод разбежался, подпоручик Львовский, один, пулеметным огнем более 12 часов удерживал наступление роты австрийцев. При возвращении его взвода был обнаружен убитым, с пятнадцатью пулевыми ранениями на теле.

Супруга его, актриса легкого жанра (сценическое имя — Евгеньева), отправилась на фронт вместе с мужем и служила сестрой милосердия в госпитале.