Глава синдиката взяла подошедшего капитана под руку, и они направились к спиралевидной дорожке, словно действительно прогуливались. Ева с улыбкой смотрела на рослого Каменева снизу вверх, падающий сквозь прозрачные стены голубоватый свет делал ее кожу матовой и бархатистой.

    Едва они ступили на дорожку, как из-под ног у них стали подниматься сверкающие разноцветные звездочки и тут же оседать.

    – У вас здесь очень красиво, я бы сказал волшебно, – произнес Ладимир и взглянул на Еву. Цвет ее глаз действительно менялся – минуту назад они сияли яркой голубизной, а теперь стали карими.

    – Спасибо, я была уверена, что вы оцените.

    – Это не так уж и трудно, – поклонился Лад и начал так волновавший его разговор: – Я хотел бы спросить у вас о гуаммах, кто производит их и поставляет?

    Ева улыбнулась:

    – Ах, милый Грин, это он направил вас ко мне. Надеюсь, вы не причинили ему вреда? Мне так нравится, как он разыгрывает из себя отверженного любовника. В нем столько искренности и наивности.

    – Позвольте мне не раскрывать свои источники, хотя я уверен, что тот, о ком вы так беспокоитесь, находится в добром здравии.

    – Итак, капитан, вы хотите узнать о гуаммах… Но прежде чем ответить на ваш вопрос, я скажу свое условие…

    Держа в руках бокалы, они не спеша поднимались по пологой спирали дорожки, от Евы доносился восхитительный аромат духов, который дразнил обоняние и вызывал массу эмоций, которые капитан старательно гасил, непрестанно думая о деле.

    – Какое условие? – спросил он.

    – Я хочу знать, с какой целью вы этим интересуетесь? Если хотите получить от меня ответы, то должны будете все рассказать без умалчиваний и словесных игр. Считайте это женским любопытством.

    Ладимир немного поразмышлял, а тем временем они поднялись на галерею, вытянувшуюся вдоль прозрачной стены на высоте нескольких метров от пола.

    – Так случилось, что на борту моего корабля оказалась Валенсия Стюарт, дочь адмирала Стюарта, командующего эскадрой, – начал Каменев. – До определенного момента я находился в неведении, кто она, считая ее племянницей обычного военного. На самом деле ее фамилия не имела для меня значения, но сыграла впоследствии свою роль. Итак, спустя какое-то время я привез Валенсию на Лагуну, откуда она должна была улететь домой. В тот вечер мы с ней ужинали в ресторане, когда меня отвлекли неотложные дела, и я совершил ошибку – оставил ее одну. Через два часа, вернувшись на корабль, я получил сообщение. Валенсию похитили и требовали выкуп. Похититель назначил место и время обмена – через четыре дня на Мессине. В назначенный срок я был там.

    Ладимир рассказывал все это неторопливо, забыв о бокале с вином в своей руке. Он смотрел перед собой, бездумно разглядывая сложную структуру залитой светом местного солнца поверхности Ферм, пробегая глазами по рисунку звезд в этом секторе космоса, чувствуя присутствие рядом женщины, которая сумела стать главой преступного мира на одной из самых прибыльных колоний Империи, и явно добилась этого, пользуясь не только своей красотой.

    – На Мессине все шло не так, как должно было. Начиная с нападения на экспресс, на котором мы ехали к месту обмена, до ситуации в самом пансионате, где шла перестрелка между двумя группировками наемников. Валенсия… Валенсию убили на моих глазах, расстреляв в упор из армейского бластера.

    Все участники похищения оказались убиты, и тогда я начал искать тех, кто его организовал.