— Он и помогает, как может. И еще живет в таком кошмаре. Какие-то страшные люди, угрозы, похищения… Я бы не выдержала всего этого, честное слово, а он на пять лет меня младше, и такое терпит. Не понимаю, как он вообще не свихнулся.

— Это потому, что я ему постоянно внушаю, чтобы он ничего не боялся.

— Я тоже ему это советую, но неизвестно ведь, сколько еще времени его будут мучить, а мы никак не можем положить этому конец.

Ромка, как всегда, был уверен в себе.

— Будь спок, разберемся!

— Хорошо бы поскорее! Ромка повернулся к другу.

— А ты узнал то, о чем я тебя вчера просил? Ездила твоя мама в Горянку? Где она сейчас?

— Она уже оттуда вернулась, уже на своей работе находится, — ответил Славка. — Я как пришел из школы, так сразу ей туда и позвонил.

— И что? Она показала фото этого следователя, а вернее, Мишиного преследователя Ирине Федоровне? Что та ей сказала?

— Сказала, что именно этот человек и приходил к ней за Мишиным адресом.

— Да ты что! Вот здорово! Значит, одна зацепка у нас уже есть, — удовлетворенно воскликнул Ромка.

— Какая это зацепка? Мы и так в этом почти не сомневались. Как ты теперь узнаешь, кто он такой на самом деле? — вклинилась Лешка.

— Очень просто. Найдем Анатолия, который у меня «Физику» спер, и его обо всем расспросим.

— Так он тебе и сказал, разбежался прямо.

— А мы пригрозим, что заявим на него в милицию. Он же напал на нас, а это дело уголовно наказуемо. Хотя… Хотя мы и сами можем в милиции узнать, работает у них такой человек или нет. Согласитесь, что абы кого в Америку не пошлют, значит, его нетрудно будет вычислить. Хотя… Скорее всего, никто его туда не посылал.

— Посылали — не посылали, там тебе об этом тоже не скажут.

Ромка вскочил с места.

— Вот черт, как же быть-то, а?

Пожав плечами, Лешка включила компьютер, открыла почтовый ящик. В Мишином сообщении был подробный рассказ о неудавшемся похищении Ронни и о предательстве Маруси.

— Видели, что творится? — девочка взяла книгу и вложила ее в сканер. — Сейчас я Мише шифр отошлю. Но и нам надо действовать как можно быстрее.

— Я-то действую, — Ромка поерзал на стуле и взглянул на Славку. — Вот что я подумал. А не сходишь ли ты со снимком этого Геннадия к своему родному дядьке? Пусть он свяжется с Игорем Николаевичем и спросит у него, имеет ли этот человек какое-либо отношение к их ведомству или нет.

— Ты думаешь, Игорь Николаевич станет этим заниматься?

— Должен! — в Ромкином голосе зазвучала уверенность. — Мы же теперь точно знаем, что истоки всей этой криминальной истории, начиная с автокатастрофы, находятся здесь. То есть все следы ведут в Москву!

— Если бы ты стал писателем, как собирался, то мог бы взять такой заголовок для своей книжки: «Все следы ведут в Москву», — высказался Славка.

— Пусть Андрей пишет, — отмахнулся Ромка. — Интересно, Игорь Николаевич в курсе того, какими мы теперь стали опытными сыщиками? Ты намекни своему дядьке, чтобы он не забыл ему сказать, сколько мы дел расследовали после нашего с ним знакомства. Лешка, ты помнишь тот тайник в Медовке, в собачьей будке, в которой твой Дик жил?

— Еще бы не помнить!

— Ну вот, и Игорь Николаевич тогда говорил что-то в том роде, что он у нас в долгу. Вот пусть теперь свой долг нам и отдает, пришло такое время. Мы ведь многого не просим. А если мы ему расскажем о том, как преступники издеваются над бедным ребенком, то он чисто по-человечески должен будет ему помочь.