Поправив одежду и сняв ушанку, дабы не произвести впечатление совсем уж отбитого, отправился по узкоколейке, пробитой вдоль полей и ведущей к высоким металлическим воротам.

И пока брёл, успел ознакомиться с множеством надписей, намалёванных на деревянных табличках, вбитых в землю.

«Вольное поселение», «Смерть мародёрам!», «Здесь выжившие», «У нас есть пища и кров» и прочее в подобном духе.

Что ж, если это не попытка заманить наивных выживших, то подобные заявления мне импонируют.

Всегда хочется верить в лучшее, и покамест всё говорило в пользу этого поселения. Так что я даже слегка прибавил шаг, заметив над стеной силуэты людей.

— Эй, люди добрые! Я пришёл с миром! — остановившись метрах в пятнадцати от ворот и задрав голову, прокричал я, разглядывая стоящих на стене людей.

Было их человек десять, различных возрастов и в различной одежде. Однако выражение их лиц, одинаковое до невозможного, заставило меня насторожиться, потянувшись к перстню.

— Это Шаров! Сука! — донёсся до меня истеричный женский голос. — Это из-за него всё!

— Огонь! Огонь! — неожиданно принялся вторить женщине невидимый мне мужчина. — Убейте его, отомстим за уничтожение мира!

— Эй, поправочка… Насилие — это не выход! — чуя, к чему всё идёт, крикнул я, начиная пятиться и вытягивая перед собой руку.

— Магия! У него магия! Он хочет нас всех сжечь! — вновь заголосила баба. — Стреляйте же!

Громкие щелчки совпали с появлением ледяного щита, и я увидел, как в него разом втыкаются сразу три коротких стрелы с разноцветным оперением.

— От же ж сука… — только успела мелькнуть у меня мысль, а в осколке льда стрел стало ещё больше.

А спустя мгновение, которое, к слову, я потратил не на стояние, а на резвое отступление, мне ногу словно ошпарило.

— Я попал! Попал в него! Продолжайте стрелять! Не дайте ему использовать магию!

На стене тут же появился ещё десяток людей, вот только в их руках я увидел луки и арбалеты.

Разом нацелившись, они спустили тетивы, и в мою сторону полетело с десяток смертельных «подарочков»

Девять из которых принял на себя щит, после чего рассыпался, а десятая стрела, пущенная каким-то «тормознутым» стрелком, вошла мне в растопыренную ладонь, пробив её насквозь.

— Он ранен! Нужно добить его! — прокатился по стене восторженный рёв. — Эта сука сгубила всех. Не дайте ему уйти!

Металлические ворота пришли в движения, и едва они приоткрылись на достаточное расстояние, как из них повалил народ, вооружённый мечами и копьями.

— Да что с вами не так, человеки? — возмутился я, вновь активируя ботинки и придавая себе ускорение, стремясь как можно быстрее убраться с этого осколка.

Желание торговать и общаться с представителями своего рода у меня отбило напрочь.

Впрочем, даже несмотря на навык, стрела в ноге здорово так меня замедляла, и от боли я не отключился лишь из-за повышенной живучести и адреналина, что выделялся отовсюду, откуда только можно было.

Так что, несмотря на все мои старания, люди, жаждущие мести, стремительно меня настигали. Благо, хоть из луков с арбалетами стрелять перестали, видимо, опасались своих задеть.

Прикинув, что к чему, и осознав, что к границе мы доберёмся одновременно, я резко развернулся и, выхватив Ублюдка, выстрелил.

Первый предупредительный толпа проигнорировала. На второй и последующие уже среагировали бегущие впереди всех, особенно когда прямо под их ногами стали вспухать облачка пыли, выбитые пулями.

— У него оружие! — закричали те, кто был ближе всего ко мне.

— Всех не застрелит! — орали те, кто напирал сзади.

— Может, просто поговорим? — уже без тени надежды спросил я, медленно отступая назад и водя пистолетом из стороны в сторону, реагируя на каждое движение, сделанное в мою сторону.