Что ж, как покончим с основной массой заражённых, пойдём зачищать «офисный планктон». Хотя, судя по всему, находящимся внутри здания монстрам завтра ещё придётся выйти на работу. Уж больно много зомби решило поучаствовать в сегодняшнем веселье. А значит, и мне не стоит отлынивать от кровавого «праздника».

Отсигналив Клещу, чтобы продолжал наблюдение, я убрал зеркальце обратно в карман и потянулся к лежащей неподалёку ловушке, сделанной из проволоки с нанизанными на неё крючьями из ржавых гвоздей.

Размотав на всю длину, я швырнул верёвку прямо на головы бредущим на звуки драки заражённым, а после перегнулся через край:

— Ку-ку, мои дорогие! Уилсона не видели случаем?

* * *

Осколок Шарова

Тридцать седьмой день проекта

Вечер

Войдя в дом, я увидел, как Моллиган, до этого читавшая какую-то книжку в гостиной, видимо, притащенную гоблинами ещё с первого серого осколка, отложила её в сторону и, демонстративно медленно поднявшись, собралась в свой чулан… Пардон, личные апартаменты.

— Блаженная, погоди немного! Разговор есть, — тормознул я девушку, одетую в домашние штаны и футболку с длинными рукавами.

— Я не Блаженная! Это во-первых! Во-вторых, прежде чем вести разговор, вам не мешало бы принять ванну, — сморщила носик Мия, однако на диван обратно села. — И, в-третьих, с учётом того, что в вашем доме живут незамужние девушки, вам не пристало разгуливать в одном нижнем белье!

Ну оспорить я тут мог лишь первый и третий пункты. А вот по поводу второго, это да, что-то возражать было неправильно.

Даже с учётом того, что, прежде чем зайти в дом, я снял всю одежду, естественно, окромя весёлых трусов с жёлтыми уточками, и закинул её в бак отмокать, от запаха пота и крови это спасало мало.

Казалось, что амбре заражённых пропитало меня насквозь. Всё же это грязная работа, уничтожать зомби.

А уж ковыряться в их останках, собирая добычу и монеты, ещё грязнее.

Конечно, большую часть этого выполняли гоблины, но какой из меня правитель, если я чураюсь работать сообща со своими воинами?

— Ванна готова, хозяин! — дверь, ведущая в ванную комнату, открылась, и на пороге появилась Кнопка, на которой из одежды была лишь обычная ночнушка.

Довольно просторная, но мало что скрывающая, ведь, судя по всему, пока девушка готовила ванну, пролила на себя воду, и ткань стала полупрозрачной.

— Кнопка… — страдальчески произнесла Моллиган при виде гоблинши. — Ну ты же…

— В общем, с запахом я сейчас разберусь, Блаженная, дабы не разрушать твои по-аристократически чувствительные обонятельные рецепторы. А по поводу одежды… Это мой дом, и, если тебе некомфортно, ты всегда можешь переселиться. — с серьёзным лицом произнёс я, стараясь сдержаться от смеха, глядя на пошедшую пятнами Моллиган.

— Это неправильно! — буркнула девушка, почему-то при этом смотря не на меня, а на Кнопку. Причём конкретно на одно место, прекрасно различимое под одеждой.

— Зависть — плохое чувство, — негромко произнёс я, направляясь в ванную.

— Да я…

— Дождись меня, пожалуйста, Блаженная, я быстро, — подтолкнув Кнопу в ванну, закрыл за собой дверь, погрозив гоблинше пальцем.

В ответ хитрая зелёная лишь скромно потупилась, опустив глазки в пол, а после указала на ванну, полную воды:

— Прошу вас, господин…

— Спасибо, — я благодарно улыбнулся, опускаясь в обжигающе-приятную воду. — И будь добра, пока я моюсь, приготовь что-нибудь перекусить и кофе. Можно накрыть стол в гостиной.

Уже потянувшая за край ночнушки девушка остановилась, а на её мордашке проскочило огорчение.