Один из немногих гоблинов, кто действительно быстро бегал. К сожалению, это был его единственный полезный навык, так что быть ему гонцом до старости. Ну или до появления у нас нормальных средств связи.

А они ужас как нужны. Сегодня гоблины под командованием сержантов самостоятельно захватили два одногексовых Осколка.

Точнее, зачищали они их самостоятельно, без моей помощи, а я являлся лишь для того, чтобы их присоединить.

И в принципе результат выходил неплохим. Да, количество раненых было больше, а двух гоблинов при первой зачистке сержанты потеряли, однако опыт — штука такая, без практики не приобретёшь.

Так что единственное, что меня напрягало, так это как раз отсутствие оперативной информации. Гонцы, это, конечно, хорошо, но пока добегут…

Кстати, насчёт бега… Отключившись от кристалла, посмотрел на верно служащие ботинки и, чертыхнувшись, активировал ускорение, стараясь не обращать на протестующие мышцы ног. Что поделать, зато от инфаркта не умру, ведь бег укрепляет сердечную мышцу! Так что беги, Шаров, беги!

* * *

Фиолетовый осколок

Пятьдесят второй день проекта

— На горе стоит статуя, у статуи нету… стрел! — произнёс я, почёсывая ухо, которое безбожно горело. По-любому, это меня Моллиган на своём, аристократичном, материла. Хотя благородное из неё постепенно улетучивалось.

Совсем недавно проходил мимо кладбища, превращённого в загон для хряков. Так оттуда такие словесные обороты доносились, что будь я чувствительной натурой, в обморок бы упал.

Хотя одна свинья тогда сознание потеряла. Правда, непонятно от обидного оскорбления или удара ведром, которым «наградила» наглого свинтуса благородная пастушка.

— Других путей нет, командир, — возник подле меня Клещ. — Проходы либо завалены, либо ведут в тупики.

— Простучали? — щёлкнув себя по уху, уточнил я.

— Каждый миллиметр! Как учили! Пусто, — кивнул глава разведки и развёл руками.

— Плохо, — скривился я, глядя на вымощенную камнем дорожку, вьющуюся между колоннами, увитыми плющом с ярко-фиолетовыми бутонами. — Отвратительное место…

Клещ с удивлением посмотрел на меня, но кивнул.

Ну да, если сравнивать с другими местами, посещёнными нами до этого, это место могло показаться не то что неплохим, а даже идеальным.

Пройдя сквозь врата, проступившие в тумане, мы очутились на небольшом холме, позволявшем окинуть взглядом «внутренности» фиолетового осколка.

Большая его часть была покрыта короткой, будто бы по ней совсем недавно прошлись газонокосилкой, зелёной травой. При этом цвет у растительности был странный, под определённым углом она блестела будто пластиковая.

К сожалению, побродить босиком по травке было не судьба. Вершина холма, где мы очутились, пройдя через врата, с трёх сторон была окружена туманом. А единственная дорога, как я и говорил, шла меж колонн, через которые пройти было невозможно.

Между некоторыми, вроде бы мраморными, столбами были стены с барельефами, на которых с одинаковым успехом могли быть изображены межзвёздные карты или рассыпанный по столу горох. Тут всё зависело, под каким углом и как долго вглядываться в рисунок.

Я выдержал добрых пять минут, пока мой закипающий мозг не врубил режим самосохранения и не приказал глазам закрыться.

Там же, где стен не было, а зияли провалы, рос плющ, по прочности не уступающий стальным канатам и с чертовски острыми шипами.

Я для проверки ударил ножом, но, кроме зазубрины на лезвии, ничего не получил, а пуля из Ублюдка срикошетила, уносясь куда-то в небо.

В общем, как ни крути, пусть и Осколок пытался создать впечатление простора и безмятежности, но, по сути, это была та же коридорная локация, что и первая.